Смущение умов

Советской власти многое можно поставить в вину. Но в чём советская власть была сильна, так это в создании картины мира. Реформаторы же не снизошли до агитации, не стали опошлять демократию пропагандой. Поэтому коммунистический режим довольно скоро стал казаться народу сначала не таким страшным, потом вполне сносным и, наконец, очень даже симпатичным.

Представим себе на минуточку, что в 1930-е годы в России вдруг произошла реставрация. Восстановление монархии Романовых. Нетрудно вообразить, что говорилось бы в печати и по радио про предшествующее десятилетие, то есть про 1920-е годы. Эти годы называли бы окаянными, по слову Бунина. Проклятыми, позорными, смертоносными. Унизившими Россию, истребившими её народ. Самое исторически взвешенное и нейтральное наименование было бы — лихие двадцатые.

Но, как известно, никакой реставрации в 1930-е годы не было.

Советский режим рос и развивался. Поэтому двадцатые годы воспринимались как важнейший период в истории страны. Более того. Считалось, что это была эпоха, исполненная суровой романтики, подвига, энтузиазма. Славные, хотя и трудные годы.
Что особенно интересно, такое отношение к двадцатым дошло и до наших дней. Потому что так написано в книжках и снято в кино.

Меж тем как двадцатые годы действительно были годами ужаса. Террор, бессудные расправы, голод, Гражданская война, неслыханные потери населения, гибель культурного наследия, всеобщее озлобление.

Однако в 1920-е годы были заложены институциональные основы советского режима. Однопартийная система, государственный атеизм, устранение всех форм гражданской самоорганизации, этнотерриториальное устройство федерации. Вся конструкция зрелого сталинизма зиждилась на фундаменте, заложенном в лихие ленинско-троцкистские двадцатые.

Поэтому было бы в высшей степени странно, если бы люди, управляющие страной в 1930-е годы, стали бы ругательски ругать предыдущее десятилетие. Или награждать эту эпоху разными сомнительными эпитетами. Или колебаться в её оценках. Это было бы неприлично и нелогично. Это разрушило бы смысловой скелет государства.

Советской власти многое можно поставить в вину. И сознательные злодеяния, и непростительные заблуждения, и ужасающее разгильдяйство. Но в чём советская власть была сильна, так это в создании картины мира. В формировании того, что мы сейчас называем разными умными словами типа дискурс, парадигма, структура идентичности, коллективное бессознательное и т.п.

Потому что во главе Страны Советов стояли настоящие идеалисты. Не в смысле высоких идеалов, а в смысле основного вопроса философии. Они твёрдо знали, что миром правят мысли, воплощённые в слова и образы, и именно на это и была направлена вся мощь советского партийно-политического аппарата. Но — и в этом зерно диалектического перехода — все слова и образы говорили о том, что первично дело, вещь, материя, а слова — это так, эфемерная надстройка над могучим базисом.

При этом они сами прекрасно понимали, что все слова о «базисе и надстройке» — чепуха, рассчитанная на людей физического труда. На людей малограмотных, имеющих дело с грубой материальной действительностью. На людей, классово ненавидящих книжную культуру.

Итак, рулит надстройка. Религия, литература и искусство, научное знание и всё прочее, вплоть до пропаганды и цензуры. Но! Но для того чтобы надстройка эффективно рулила, народ надо убедить в том, что главнее всего — базис. То есть экономика вообще и развитие тяжёлой промышленности в частности.

Меж тем как любому зрячему человеку должно было быть ясно, что в СССР не было ничего эффективно работающего, кроме надстройки, а базис лишь обеспечивал её безбедное существование. Но именно поэтому — внимание, опять диалектика! — зрячих в СССР не водилось, а прозревших тут же объявляли безумными и прятали в соответствующие учреждения. Даже самые умные люди искренне считали, что надо развивать экономику, а идеология приложится.

В начале девяностых советские пропагандисты — умелые и ко всему привычные — ещё были полны сил. Ещё была цела идеологическая машина. Была полная возможность организовать долгосрочную пропагандистскую кампанию в рыночно-капиталистическом ключе. И если в тридцатые-сороковые годы можно было внушить голодным и нищим жителям землянок, бараков и коммуналок, что они живут в государстве всеобщего благоденствия, а все беды — это мелочь, временные трудности, то в девяностые годы это было если не легче, то и не намного сложнее. Нужна была мощная пропаганда свободы, демократии, рынка, личной инициативы, предпринимательства, открытости, европейства.

Но наши молодые реформаторы оказались круче иных марксистов-ортодоксов.

Вселенная горизонтов
Мировой дух творит историю, пользуясь частными интересами. Гегель Истина прозревается, а правда зависит от позиции наблюдателя. Роберту Музилю принадлежит сентенция: «Ощущение возможной реальности следует ставить выше ощущения реальных возможностей».

"Аракчеев умер. Об этом во всей России жалею я один..."
Двести лет назад, в 1816 году, около 500 тысяч крестьян и солдат Российской империи перевели на положение военных поселенцев.

7 мифов об истребителе F-35
Скандальная репутация нового F-35 не уступает его знаменитым предкам: криволапому «Старфайтеру» и супербомбардировщику Конвэр B-58 с говорящим именем «Хастлер» (англ.

Люди в Нью-Джерси «сошли с ума» в Черную пятницу
В магазине «Волмарт» произошла массовая драка за товары. Ослепленных скидками людей не могла остановить даже сотрудники полиции. Не стесняясь стражей порядка, две женщины сошлись в рукопашной.

Поклонская посмотрит «Горе от ума» с ребенком
Депутат Госдумы Наталья Поклонская посетит спектакль «Горе от ума» с дочерью. Об этом она заявила во вторник, 22 ноября, передает РИА Новости.


  • СССР,
  • агитпроп
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: