Дружба в обмен на нефть, или углеводородное предложение от Александра Лукашенко

На днях из Минска пришла весть о том, что белорусский президент предлагает России сделать экономический интеграционный шаг навстречу Белоруссии.

Речь идет о том, что Александр Лукашенко готов к приватизации белорусских нефтеперерабатывающих заводов российскими компаниями, но при условии, что Россия допустит белорусские компании к добыче углеводородов на своей (российской) территории. После такого предложения эксперты стали одну за другой выдвигать идеи по поводу того, для чего Лукашенко понадобилось говорить о таком обмене. Ведь сегодня на энергетическом рынке Республики Беларусь всё и так выглядит предельно благостно: Россия поставляет газ соседям почти по внутренним ценам – около 165$ за тысячу кубометров голубого топлива; с нефтью тоже никаких проблем не возникает, мало того, и ее цена в разы ниже мировой. Если говорить о средней стоимости российской нефти для Белоруссии в 2012 году, то эта цена составила примерно 450$ за тонну сырья. В пересчете на уже ставшие привычными баррели, цена составляет около 60$. Если учесть, что цена нефти на мировом рынке соответствует 110-114 американских долларов, то «белорусская» нефть стоит почти в 2 раза дешевле мирового номинала.

Но если всё так хорошо, то для чего Александру Григорьевичу могли понадобиться эти разговоры о приватизации НПЗ на территории Белоруссии, да еще и приватизации этих предприятий российскими компаниями? Если абстрагироваться от неожиданных проявлений братской любви к Российской Федерации, которая иногда неожиданно наполняет белорусского лидера, можно говорить о том, что Лукашенко решил разыграть интересную партию, которая определенно имеет не только экономическую, но еще и политическую подоплеку.

Предложение Александра Лукашенко имеет своеобразное подводное течение. Внешне всё выглядит как попытки президента еще больше укрепить союзные связи с Россией, но вот эти самые подводные течения определенным образом омывают и так называемых западных партнеров. Ситуация вполне может быть описана следующим образом: Александр Лукашенко использует магическое для Запада слово «приватизация». Если учесть, что Евросоюз на неделе решил продлить действие санкций в отношении Белоруссии, связывая эти санкции, как обычно, с соблюдением-несоблюдением прав человека, то посыл Лукашенко понятен. Слово «приватизация», очевидно, способно привлечь внимание западных экспертов, которые, судя по всему, должны будут несколько иначе взглянуть на положение дел в РБ. Мол, если тот самый железный Лукашенко решил смягчиться в экономическом плане и фактически призывает зарубежный (российский) бизнес в святая святых – нефтеперерабатывающий сектор – то можно ожидать, что и политическая позиция Александра Григорьевича тоже может смягчиться.

Но белорусский президент – калач тертый, а потому приватизация в его понимании – это приватизация не вполне на экономических условиях. Куда больше здесь банальной политики…

С одной стороны, вроде бы, все и предельно прозрачно: Лукашенко передает контрольный пакет акций белорусских НПЗ (а их в республике насчитывает два – Мозырский нефтеперерабатывающий завод и предприятие «Нафтан», располагающееся в Витебской области), а взамен просит допустить своих специалистов для добычи нефти и газа в России. Казалось бы, нет ничего предосудительного. Но с другой стороны, так ли нужны российскому бизнесу контрольные пакеты акций белорусских нефтеперерабатывающих заводов, если многие нефтедобывающие компании России успели открыть современные НПЗ на территории стран Евросоюза: Болгария, Румыния, Голландия. Да и на территории России современных НПЗ немало. Если же вести речь о переработки нефти в Белоруссии исключительно для внутреннего потребления, то такой проект будет явно не рентабельным. Ну а рассматривать ситуацию с тем, когда нефть качается в Белоруссию, здесь перерабатывается, а затем возвращается в России, просто некорректно, потому экономические бонусы от такой «перегонки» будут явно невпечатляющими.

По всей вероятности, белорусский президент собирается использовать возможность не только косвенно намекнуть Евросоюзу на то, что он (Лукашенко), в принципе, может себе позволить отказаться от государственного влияния на определенные экономические отрасли, но и гарантировать для РБ стабильность поставок энергетического сырья из России. Ведь, как известно, белорусско-российская государственная (именно государственная) хотя и кажется вечной и нерушимой, но уж больно очевидно зависит от настроений как самого Лукашенко, так и российской политической элиты. А тут еще увеличение объемов поставок российского сырья по подводной трубе Северного потока заставляет власти РБ задуматься… Ведь любой демарш белорусских властей может закончится полным перекрытием вентиля со стороны России или скачком цен, как уже не раз бывало… Ну, такая между нашими государствами политическая дружба: как в настоящей русской семье — то объятия и поцелуи, то вещи за дверь, и дверь на замок…

А тут под рукой будут как бы приватизированные заводы на территории Белоруссии, в которые топливо на переработку будет поставляться белорусскими же нефтяниками. Хм… Белорусские нефтяники… Странно звучит…

Допуская то, что Россия примет предложение белорусского лидера и пригласит белорусских специалистов к добыче нефти в обмен на получение контрольного пакета акций НПЗ в Беларуси, можно вполне ожидать коренных перемен. При этом возможные перемены выглядят, скорее, негативными. Почему? Да потому что все мы прекрасно знаем, что то самое настроение того самого Александра Лукашенко может неожиданно измениться, как уже не раз бывало, а при смене настроения он вполне может и аннулировать все приватизационные сделки с российскими компаниями, назвав их антинародными и грабительскими. Именно поэтому и была выше употреблена фраза «как бы приватизированные». У нас-то и у самих с приватизацией не всё слава богу, тут мы со своими братьями-белорусами находимся в сравнительно похожих положениях.

Однако Александр Лукашенко все такие домыслы считает безосновательными, так как в течение определенного времени белорусы активно сотрудничают с венесуэльскими нефтяными компаниями. Мол, венесуэльцы нам доверяют, а вы… Но, правда, венесуэльцы не стали давать полную свободу белорусским специалистам, а решили партнерство оставить в рамках совместного предприятия. Так – на всякий пожарный…

В общем, предложение белорусского президента – вещь такая, над которой нужно серьезно подумать. Однако если кто-то от такой сделки и проиграет, то это российский нефтяной олигархат, который по понятным причинам не хочет делиться с соседями нефтяной иглой. Получается, что Лукашенко решил прощупать российских нефтяных собственников на тему вариаций российско-белорусской дружбы. В такой ситуации коса может найти на камень, потому что и один, и другие – люди донельзя упертые…

Об этом сообщает сегодня Военное обозрение.

Дружба в обмен на вертолеты и БТРы
Слышали ли вы когда-нибудь о таком невероятном явлении как «гуманитарная помощь от МВД РФ в чей-либо адрес».

Уругвай хочет поставлять Ирану рис в обмен на нефть
Уругвай хотел бы поставлять в Иран рис в обмен на иранскую нефть, сообщило агентство Рейтер со ссылкой на правительство южноамериканской страны. Иран раньше был крупнейшим потребителем риса из Уругвая, однако санкции США и Европы в отношении страны затруднили финансирование поставок. «Если Иран готов к обмену нефти на рис, мы сделаем это», — сказал министр сельского хозяйства страны Табаре Агерре (Tabare Aguerre).

РФ предлагает балтийским странам скидку на газ в обмен на выход из НАТО
Президент Латвии уверена, что другого пути, кроме как энергетическая независимость от РФ, у Европы нет, и не будет.

РФ предлагает балтийским странам скидку на газ в обмен на выход из НАТО — Грибаускайте
Президент Литвы Даля Грибаускайте заявила, что Россия предлагает балтийским странам скидку на газ в обмен на выход из НАТО.


  • Лукашенко,
  • Белоруссия,
  • Нефть,
  • Территория,
  • Компания
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: