Россия и Турция: экономическое партнёрство и политическое недоверие

I.

Политика: раздражение и недоверие

Вопросы о сирийском конфликте и иранской ядерной проблеме — одни из ключевых в политических отношениях Турции и России. Россия, как и Китай, выступает за прекращение обеими сторонами конфликта вооружённого насилия и мир в Сирии; Турция, как известно, занимается вооружением боевиков, приграничной поддержкой так называемой «Сирийской свободной армии», привечает на своей территории боевиков-террористов, которые могут там покормиться и отдохнуть перед новыми вылазками, и в отношении Дамаска занимает достаточно агрессивную позицию, направленную на свержение президента Башара Асада.



Что касается Ирана, то между САР и ИРИ имеется определённая взаимосвязь. Дело в том, что солдаты из Корпуса Стражей Исламской Революции оказывают прямую поддержку сирийским правительственным войскам, что, по мнению турецкого обозревателя Хаки Демира, означает, во-первых, скрытую войну Ирана против Турции, а, во-вторых, возникновение шиито-суннитского конфликта, который может привести даже к полному упадку всего мусульманского мира, без возможности реанимации. Демир говорит и о вполне вероятной турецко-иранской войне.

Чтобы понять причины происходящего, турецкий журналист задаётся вопросом: почему Иран поддерживает Сирию?

Отвечает на собственный вопрос журналист, однако, весьма странно: он попросту объявляет действия ИРИ… политической глупостью, как бы прося читателя с ним, автором, согласиться: «Все достижения революции в Иране, которая произошла 30 с лишним лет назад, были уничтожены иранским опытом в Сирии, не продлившимся и 30-ти месяцев. Потеря всего достигнутого — политическая глупость, которую невозможно объяснить, не правда ли?»

Среди ошибок Асада, которые «глупо» поддержал Ахмадинежад, автор статьи выделяет в первую очередь поддержку «преступному режиму и диктатору» и заодно, как водится у прозападных аналитиков, «всяческое содействие кровопролитию».

Но почему же турецкий обозреватель столь резок и категоричен в своих оценках? Да попросту потому, что иранская стратегия идёт отнюдь не параллельно стратегии турецкой, которая направлена как раз на поддержку боевиков — очевидно, тех славных парней, которые отстаивают в Сирии истинную демократию, исключительно правильно понимаемую как в ССА, так и в Анкаре. Автор пишет: «Новая стратегия, направленная на то, чтобы не платить эту цену, спастись от неё, свести к минимуму ущерб, выбирает мишенью Турцию, оказывающую поддержку оппозиционным группам в Сирии, и нацелена на истощение и ослабление Турции. Иран понимает, что, если Турция продолжит поддерживать оппозицию в Сирии, Асад вскоре будет свергнут, в связи с чем страна начинает необъявленную войну против Турции на всех фронтах».

Далее журналист рассказывает чистую правду. Например, пишет, что Иран в идеологическом плане представляет Турцию как марионетку США, а в политическом плане старается уменьшить влияние Анкары в исламским мире.

Да, представляет, да, старается. Нет на свете государств, которые старались бы увеличить влияние своих соседей — вместо влияния своего собственного. Что касается марионеточности, то обижаться на это, право, не стоит. Вот Ким Чен Ын считает марионеточным «режим» в Южной Корее, и что с того?

Кстати, почему до сих пор этот «глупый» Иран не напал на Турцию? Господин Хаки Демир знает ответ: «Турецко-иранская война пока не началась благодаря здравому смыслу Партии справедливости и развития, но Иран в одностороннем порядке «ведёт войну» против Турции… Как долго Турция сможет не принимать участия в «неверной стратегии» Ирана? Это сейчас — основной вопрос».

А как именно Иран воюет против Турции, спросим у автора? А он ответит: «Чтобы привлечь Турцию к ошибочной стратегии, Иран организует различные провокации. В обычные времена такого рода провокации между двумя нормальными государствами послужили бы «поводом для войны»…»

Далее автор не идёт. Какие там провокации, в статье не сообщается. Журналист вещает лишь о «пределе терпения». А потом делает скоропалительно вывод: «Жизнь стратегии Ирана прервётся с падением Сирии, когда будет образовано новое государство и правительство. Поскольку возврат назад будет невозможен, Иран будет не способен продолжать свою стратегию».

Так вот к чему вёл журналист! Падение Асада, новое правительство, усиление в регионе Турции. Молитва известная, её первые два стиха часто повторяет Хиллари Клинтон, а третья представляет собой основу основ позиции любого патриота, не обязательно турецкого. Русский точно так же хочет усиления России, а сириец — крепкой и могучей Сирии, как турок — мощной и влиятельной Турции.

Другой турецкий обозреватель, Эрол Манисалы, смотрит на проблему политических взаимоотношений в регионе под более широким углом. Он считает, что «Россия, Иран и Турция играют важную роль в глобальном переделе сил и в противостоянии Запада и Азии. Если Запад предоставит возможность этим трём странам закрепиться в Азии, то потеряет своё исторически сложившееся глобальное доминирование».

По мнению журналиста, известный проект «Большой Ближний Восток» ставит задачу контроля над Турцией и Ираном, а также имеет целью нейтрализацию России. Отсюда и проблема Сирии. «Если падёт Сирия, — пишет автор статьи, — как Россия, так и Иран не смогут сохранить своего влияния на Ближнем Востоке».

А вот отсюда уже и та самая марионеточность Турции (которую предыдущий обозреватель с гневом отрицал): «США и ЕС решили вопрос с Турцией: под видом стратегического партнёрства США навязали Турции позицию основного ассистента в политике на Ближнем Востоке. Через ряд односторонних мероприятий ЕС в определённом смысле взял Анкару под своё покровительство (контроль). Как я неоднократно отмечал, Турция оказалась страной, в которой в наибольшей степени после Саудовской Аравии и Катара преуспели США».

Вот вам и готовая марионетка. Осталось только за ниточки подёргать.

Автор делает логичный вывод: «По этой причине внутренние факторы динамики развития Турции конфликтуют друг с другом. Протекают самые болезненные годы «реконструкции». Зигзаги внешней политики, противоречия и споры между государственными институтами — последствия намерений, связанных с «реконструкцией» Турции и региона, что ещё несколько лет назад отмечала Кондолиза Райс».

Клубок противоречий, полагает журналист, состоит из совместных действий Анкары с Вашингтоном, Тель-Авивом и Евросоюзом: первая поддерживает политику последних на Ближнем Востоке. При этом для Турции архиважными являются выгоды стратегического партнёрства и Ираном, и тем более с Россией. Наконец, Турция начала строить связи в торговой сфере с Китаем в Азии.

В итоге противостояние мировых сил в регионе вышло Турции боком: в стране цветёт махровым цветом терроризм, происходят конфликты на национальной почве, и прокладывается прямая дорога к созданию независимого Курдистана.

По мнению азербайджанского обозревателя Рауфа Миркадырова, Турция начинает раздражать Россию.

На днях в Габале завершилось второе заседание Совета стратегического сотрудничества высокого уровня, где прошла церемония подписания азербайджано-турецких документов с участием президента Ильхама Алиева и премьер-министра Реджепа Тайипа Эрдогана. Там, в Габале, турецкий премьер-министр впервые публично раскритиковал позицию России по урегулированию внутрисирийского конфликта. Особенный гнев премьера вызвало предложение Москвы, касающееся необходимости проведения президентских выборов. Ведь Москва заявила, что, если Башар Асад победит в итоге этих выборов, мировое сообщество должно признать выбор сирийского народа.

«О каких свободных выборах может идти речь в условиях гражданской войны?» — воскликнул господин Эрдоган.

По существу, полагает Рауф Миркадыров, заявление премьер-министра Турции следует считать признанием завершения этапа стратегического партнёрства между Анкарой и Москвой. «Не помогли даже дружеские отношения между Эрдоганом и самим Путиным», — сообщает автор.

Что касается Эрдогана, заметим, то он, очевидно, демократическим выборам предпочитает поощрение резни в Сирии, что выгодно скорее Западу во главе с США, нежели Турции. Надежда на падение «режима Асада» без поддержки НАТО и при имеющихся возражениях России и Китая представляется, однако, эфемерной, чего Эрдоган, политик опытный, не может не понимать. Отсюда и его гневные восклицания — чистые эмоции, отражающие скорее признание того, что Асад — крепкий орешек, нежели того, что в Сирии на днях восторжествует «демократия».

Американский аналитик Майкл Хикари Сесайр, специалист по Причерноморью и Евразии, научный сотрудник Института внешнеполитических исследований, участник институтского Проекта по демократическим переходам, пишет, что «некогда широко прославлявшийся внешнеполитический подход Турции… терпит на Ближнем Востоке крах…» Впрочем, наряду с этим «в других регионах — и в особенности на Кавказе — он продолжает приносить свои плоды». В последнем смысле автор отмечает Грузию, которой идёт на пользу стратегия Турции, а для Грузии Турция — торговый партнёр, мощный региональный союзник, а заодно и «окно в Евроатлантику».

«В последнее десятилетие провозглашённый министром иностранных дел Турции Ахметом Давутоглу принцип «нулевых проблем с соседями», — пишет аналитик, — стал основой турецкой внешней политики. Он способствовал региональному сотрудничеству и оправдывал более «независимый» курс, пока его главные достижения — то есть разрядка с Сирией и Ираном — не были резко перечёркнуты событиями «арабской весны».

И если «арабская весна» охлаждает политические отношения России и Турции из-за Сирии и Ирана, то и на Кавказе, где Турция тоже имеет интересы влияния, Анкара, кстати, зависящая от российских энергетических ресурсов, «с подозрением относится к российскому влиянию… — из-за роли Москвы в поддержке армянского сепаратистского анклава в Нагорном Карабахе, её вторжения в 2008 году в Грузию…» Таково мнение американского аналитика. «Анкара, — продолжает автор статьи, — приняла стратегию «нулевых проблем» не только потому, что она стремилась наладить сотрудничество с соседями, но и потому что ей необходима региональная стабильность, которую Россия, на её взгляд, подрывает».

Турция всерьёз претендует на роль крупной кавказской державы, что, согласно Сесайру, может изменить региональный геополитический расклад. Турция будет «прирастать» в регионе за счёт России, считает журналист, при этом будут крепнуть стратегические связи между Анкарой, Тбилиси и Баку. Что касается Москвы, то Анкара, по-видимому, в региональном влиянии сегодня её «превзошла».

Одновременно, добавим, Турции выгодно ослабление международных позиций России и на Ближнем Востоке — где Москва традиционно защищает Сирию и стоит исключительно за дипломатическое решение иранского ядерного вопроса. Ели падёт Сирия и следом зашатается Иран, Турция усилится. Если Сирия выстоит, а у Ирана появится ядерное оружие, Турция проиграет битву за ближневосточную гегемонию (на пару с Западом). Кроме того, своей излишне эмоциональной политикой Анкара рискует испортить отношения с Россией, что, если постараться взглянуть на проблему объективно, невыгодно ни ей, ни Москве.

I Экономика: чистая эйфория

В 2011 году экономические отношения Турции и России вышли на докризисный уровень. Правда, товарная структура экспорта-импорта осталась прежней: наибольший удельный вес в российском экспорте приходится, как и раньше, на сырьевую продукцию, в первую очередь нефтегазовую.

Рост экономического партнёрства Турции и России впечатляет: в 2009 году товарооборот составил 19,6 млрд. долл., а в 2010-м — 25,3 млрд. долл. По итогам 2011 г. он достиг почти 32 млрд. долл. (рост по сравнению с предыдущим годом на 26%).

Турецкий бизнес действует в Москве, Санкт-Петербурге, Татарстане, Башкортостане, Нижнем Новгороде, на Северном Кавказе. Турки занимаются строительством в России повсюду: от Владивостока до Калининграда.

К концу 2011 г. турецкие инвестиции в Россию составили 7 млрд. $, а российские в Турции — 4 млрд. $.

Современный товарооборот Турции с Россией намного больше, чем с США (всего 12 млрд. $).

Сейчас Россия строит в Турции АЭС. Стоимость четырёхреакторного проекта — 20 млрд. $. АЭС покроет 10% спроса Турции на электроэнергию, а Россия рассчитывает на прибыль в размере 4 млрд. долл. в год. Российские инвесторы высоко оценивают перспективы развития данного проекта. Важным условием здесь является подписание договора о гарантированном приобретении Турцией электроэнергии (до 70% от общего объёма). Строительство АЭС «Аккуя» начнётся в 2013 году, а ввод в эксплуатацию первого энергоблока запланировано на 2018 год.

В конце января 2012 г. Ахмет Давутоглу на встрече с Сергеем Лавровым заявил, что товарооборот России и Турции может достичь отметки в 100 млрд. долл. — в ближайшие пять лет. Турецкий министр иностранных дел выразил надежду на дальнейшее развитие сотрудничества Анкары и Москвы, особенно в сферах туризма и транспорта.

В середине июля Владимир Путин встречался с Реджепом Тайипом Эрдоганом и по итогам встречи тоже заявил о предполагаемом росте товарооборота: «При такой динамике — а у нас есть все шансы её сохранить — мы можем в ближайшее время выйти на уровень 100 млрд. долларов в год».

Среди перспективных областей сотрудничества, помимо туризма, русский президент назвал и сферу энергетики: «Развиваем атомную энергетику, уделяем большое внимание инфраструктурным проектам. Появляются и новые направления деятельности, в том числе, допустим, в сфере металлургической промышленности».

Также надо сказать, что через турецкую территорию будут проложена ветка газопровода «Южный поток» (строить будет российский «Газпром»; разрешение на строительство в турецкой исключительной экономической зоне в Чёрном море получено 21 июня). Нелишне напомнить и о том, что Турция покупает почти две трети потребляемого газа у России, иными словами, является крупнейшим импортёром российского газа.

* * *

Таким образом, если региональная политика Турции, построенная на дихотомии Сирия плюс Иран — Грузия и проводящая в жизнь (как ни крути) интересы Запада, является камнем преткновения в политических отношениях между Анкарой и Москвой, то рост экономического сотрудничества, показатели которого впечатляют самых хмурых скептиков, говорит о позитивных изменениях в отношениях двух государств. Тенденция ежегодного роста товарооборота и грандиозные планы по его увеличению идут вразрез с утверждениями журналиста Рауфа Миркадырова, который считает, будто Эрдоган признал, что этап стратегического партнёрства между Анкарой и Москвой уже кончился. Нелепо исключать экономику из области партнёрства.

Другое дело, что прозападная политика Эрдогана на Кавказе и на Ближнем Востоке и вправду может послужить причиной ухудшения отношений России и Турции. Анкаре следовало бы отодвинуть интересы США и ЕС на второй план, отказаться от антисирийских прожектов и возобновить курс «нулевых проблем с соседями», некогда провозглашённый господином Давутоглу. Или Турции, как члену НАТО, непременно хочется быть агрессивной?

Обозревал Олег Чувакин
— специально для topwar.ru

Об этом пишет сегодня Военное обозрение.

Россия и Турция: политические трения не мешают экономическому партнерству
На минувшей неделе в Россию достаточно неожиданно прибыл турецкий премьер Реджеп Тайип Эрдоган.

Военно-политическое сотрудничество России и Ирана в контексте региональной политики Москвы
Российско-иранское антитеррористическое партнёрство недавно обрело ещё один формат.

Россия и Турция в условиях региональных политических кризисов: возможности для взаимодействия
В настоящее время непосредственные соседи России и Турции — Сирия и Украина, переживают серьезные политические потрясения, которые дестабилизируют региональную безопасность, а также оказывают определенное влияние на развитие российско-турецких отношений.

России пророчат военную, экономическую и политическую схватку за Кипр
После того как в конце прошлого года американской компанией Noble Energy на кипрском шельфе было обнаружено масштабное газовое месторождение, проблемы между официальной Никосией и властями частично признанной Турецкой Республикой Северного Кипра накалились до предела.


  • Турция,
  • ИРАН,
  • Сирия,
  • Миллиард,
  • Журналист
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: