Какие ядерные силы нужны России

История не раз учила, что наиболее развитые страны ради своей выгоды время от времени прибегают к силе для передела мира.

Сегодня определенные круги в Китае и Японии бредят отторжением от России и СНГ «утраченных территорий», а в США находятся люди, мечтающие о расчленении РФ и сокращении ее просторов до размеров Московского княжества, дабы обеспечить себе свободный доступ к использованию ресурсов РФ. Как не вспомнить здесь об одном кандидате на пост президента США, который в 2011 году ратовал за устранение РФ ради достижения американской нацией необходимого для нее жизненного пространства.

Может ли Россия рассчитывать на свои силы общего назначения (неядерные силы) для защиты своей территории и интересов? Проведем небольшое сравнение. В НАТО в регулярных силах сухопутных войск пехотных, мотопехотных, механизированных и танковых бригад в четыре-пять раз больше, а в Китае – в три раза больше, чем у РФ. О соотношении сил авиации, флота, высокоточного оружия у нас и суммарно у стран Запада и Востока говорить не приходится. Итак, гарантией неприкосновенности нашей территории, независимости и безопасности нашей страны является ядерное оружие.

В КРУГЕ ПЕРВОМ

Выполнение планов ядерной войны обеспечивается поддержанием в ВС США боезапаса около 5000 ядерных боезарядов (ЯБЗ), а во Франции, Великобритании и Китае ядерного боезапаса по 200–300 ЯБЗ у каждой страны. К югу от РФ, в Азии, находятся все остальные ядерные страны мира, осуществляющие качественное и количественное наращивания ядерных вооружений (сначала ближней, затем средней и потом большой дальности) – Израиль, Индия, КНДР, Пакистан. С завершением создания в Иране шиитской ядерной бомбы вокруг РФ почти замкнется дуга из ядерных стран.

Парадоксально, что с сокращением ядерных вооружений до самых низких уровней вероятность его применения станет возрастать из-за снижения суммарного уровня наносимого им ущерба.

Смысл ядерного сдерживания устрашением в настоящее время состоит в двух положениях. Показывать вероятному противнику свою силу, возможности и способность для нанесения заведомо неприемлемого ущерба. Убеждать вероятного противника в своей воле и решимости применить по нему при необходимости ядерное оружие: сначала демонстративно в виде ограниченных или выборочных ударов, а затем и массированно в виде контрсиловых («разоружающих» и «обезглавливающих») и контрценностных («сокрушающего возмездия» по городам) стратегических ядерных ударов.

В зависимости от размаха действий вероятного противника обороняющаяся сторона может причинить ему минимальный, пропорциональный или максимальный неприемлемый для него ущерб. Но есть еще ущерб не только для воюющих стран, но и для всего человечества. С 1945 года 10 странами совершены взрывы с использованием более 2400 ядерных взрывных устройств общей мощностью свыше 510 мегатонн (Мт) и произведено более 100 тыс. ЯБЗ (без учета повторно использованных после модернизации) общей мощностью более 50 тыс. Мт.

С начала 80-х годов прошлого столетия ученые исследуют влияние ядерной войны с одновременным массовым подрывом ЯБЗ на флору и фауну планеты и уточняют ту предельно допустимую суммарную мощность одновременно применяемого сторонами ядерного оружия, за которой наступит гибельная для человечества «ядерная зима». Военно-политическое руководство ряда стран вынуждено было принять во внимание доказательства ученых, а ведущие страны начали резкое сокращение запасов оружия и пересмотр параметров неприемлемого ущерба и необходимого числа и мощности ЯБЗ в своем боезапасе.

В конце холодной войны находились эксперты, которые считали, что 1 тыс. доставленных к объектам поражения ЯБЗ будет достаточно, чтобы подвергнувшаяся ядерному нападению сверхдержава смогла частично восстановиться и выйти на уровень страны третьего мира через 30 лет после войны. Здесь нелишним станет упоминание о том, что подвергнувшиеся атомной бомбардировке города Хиросима и Нагасаки через 30–35 лет залечили свои раны и увеличили свое население. Интересно изменение позиций некоторых аналитиков по вопросу о достаточности ЯБЗ для двух главных держав мира. В 90-е годы в США было выдвинуто предложение о том, что при равенстве стратегических ЯБЗ у США и РФ можно было бы согласиться в договорном порядке на то, чтобы Россия, учитывая ее близость к ядерным государствам Азии, имела больше, чем у США, нестратегических ЯБЗ.

В новом столетии маятник из одного крайнего положения качнулся в другое: почему бы не иметь равное число ЯБЗ у США и у РФ (например, по 3000 ЯБЗ у каждой страны), но с преимуществом у США в стратегических ЯБЗ (у США 2000, у РФ 1000) и с преимуществом у РФ в нестратегических ЯБЗ (у РФ 2000, у США 1000). Если в 50–60-е годы прошлого века в США мечтали о 160 тыс. ЯБЗ, то в 2011 году там начали рассматривать возможность сокращения числа ЯБЗ (без указания их назначения) поэтапно до 1000–1100, 700–800, 300–400. Насколько известно, руководство РФ ранее предлагало потолок в стратегических ядерных вооружениях в 1000–1500 ЯБЗ. Сейчас потолок «стратегических оперативно развернутых» (СОР) ЯБЗ не превышает цифры в 2100 единиц как в США, так и у нас. Эти ЯБЗ находятся в стратегических ядерных силах (СЯС): а) на межконтинентальных баллистических ракетах наземного базирования (МБР) в шахтных пусковых установках (ШПУ) и на подвижных грунтовых ракетных комплексах (ПГРК), а ранее они были и на МБР боевых железнодорожных ракетных комплексов (БЖРК); б) на ракетных атомных подводных лодках (ПЛАРБ) с ракетами межконтинентальной дальности (БРПЛ); в) на авиабазах Дальней авиации для тяжелых бомбардировщиков (ТБ) с их крылатыми ракетами (КРВБ) и авиабомбами (АБ). Эта тройка («триада») наземных, морских и воздушных сил в стратегических ядерных силах в обозримом будущем может стать парой или четверкой стратегических лошадок.

Я не рассматриваю такие показатели, как надежность, дальность, точность, скорость реакции, быстрота поражения, способность преодоления системы ПВО/ПРО и другие. Речь идет о достаточности ЯБЗ с учетом живучести ядерных вооружений. Достаточность ЯБЗ – это расплывчатое понятие, меняющееся в зависимости от времени, степени угрозы, возможностей и намерений страны. Например, в ВС США в 1967 году насчитывалась 31 тыс. ЯБЗ, а сейчас там около 5 тыс. Достаточность подразумевает избыточность ЯБЗ, поскольку при внезапном ударе нападающего и ответном ударе обороняющегося подавляющая часть ЯБЗ у подвергшейся нападению страны будет уничтожена или нейтрализована, и эта страна вынуждена будет рассчитывать только на выжившую, меньшую часть своего ядерного боезапаса, прежде всего на гарантированный ядерный резерв. При наличии 160 стратегических оперативно развернутых (СОР) ЯБЗ Великобритания непрерывно держит в море одну неуязвимую ПЛАРБ с 40–48 ЯБЗ мощностью около 4–5 Мт, то есть ее гарантированный ядерный резерв равен 25–30% ЯБЗ. У Франции – с ее боезапасом в 280 СОР ЯБЗ – в море на неуязвимой ПЛАРБ находится 80–86 ЯБЗ мощностью около 8–9 Мт (29–31%). США при наличии 2100 СОР ЯБЗ держат в океанах одновременно не менее шести неуязвимых ПЛАРБ с 600 ЯБЗ мощностью не менее 60 Мт, то есть имеют в гарантированном ядерном резерве 29–30% от всех СОР ЯБЗ.

В прежние времена англичане нацеливались на 58, французы – на 60, а американцы – на 200–250 городов Советского Союза. Не далее как в конце 70-х годов прошлого века американский президент похвалялся тем, что одна американская ПЛАРБ с БРПЛ «Посейдон» может уничтожить все крупные и средние города СССР. В СМИ РФ трудно найти достоверную информацию о наших современных показателях достаточности и гарантированного ядерного резерва (если таковой существует). Если же обратиться к прошлому, то весьма неутешительны официальные данные 1998 года: из 6 тыс. ЯБЗ наших стратегических ядерных сил (СЯС) гарантированно достигли бы США лишь 600 (всего 10%).

Есть ли у нас сейчас гарантированный ядерный резерв, подобный имеющемуся у ВМС США, Франции и Великобритании? Судите сами. В 2001–2008 годах при практически одинаковом числе ПЛАРБ в США и РФ американские ПЛАРБ выполнили в 13 раз больше патрулирований, чем российские. Патрулирование наших лодок из непрерывного превратилось в эпизодическое. Наши субмарины, стоящие у пирсов и превращенные, по сути дела, в ракетные баржи с ядерным реактором, не могут участвовать в ответном ударе на внезапный ядерный удар противника, ибо к началу ответного удара уже будут уничтожены. По сведениям от 2011 года, в море боевая устойчивость наших ПЛАРБ сводится к нулю уже на вторые сутки после выхода из баз. Это значит, что при внезапном ядерном ударе противник их немедленно потопит обычным оружием (один американский министр ВМС еще в 1985 году заявлял, что наши ПЛАРБ будут атакованы «в первые пять минут после начала войны»).

Напомню: еще в 1987 году в США считали, что через 20–60 часов после начала поисковой операции в Атлантическом и Северном Ледовитом океанах, в Охотском море будет установлено местоположение 95% советских ПЛАРБ, находящихся на боевой службе, а в 90-е годы в РФ полагали, что могло быть уничтожено в войне с использованием противником только обычных средств поражения около 30% наших СЯС (очевидно, что в состав этих 30% входили наши ПЛАРБ). Не далее как в прошлом десятилетии в одном из американских журналов рассматривался вопрос об уничтожении ПЛАРБ СФ и ТОФ в базах крылатыми ракетами морского базирования «Томагавк» в обычном оснащении. Сообщалось о способности любой из ПЛА типа «Сивулф» с боекомплектом 45 таких ракет выпустить по четыре «Томагавка» по каждой из находившихся у пирсов 11 ПЛАРБ СФ. На суше, при внезапном ядерном ударе противника, для нашего ответного удара останутся лишь случайно выжившие МБР в ШПУ (будет уничтожено или нейтрализовано 93–95% МБР в ШПУ) и не обнаруженные разведкой противника ПГРК и ТБ вне мест постоянного базирования, то есть вряд ли более 5–10% сил и средств РВСН и Дальней авиации. Следовательно, сейчас у нас нет неуязвимого ни при каких обстоятельствах постоянного и определенного состава носителей и средств, снаряженных для поражения объектов агрессора даже с заданным ущербом.

Если для наших ПЛАРБ будут созданы в море бастионы, иными словами, районы, которые будут надежно прикрыты сбалансированными воздушными, надводными и подводными силами нашего ВМФ и станут непреодолимыми для противолодочных сил (ПЛС) противника, то тогда и у нас появится морской гарантированный ядерный резерв.

ГАРАНТИРОВАННЫЙ ЯДЕРНЫЙ РЕЗЕРВ

Как приблизиться к уровню гарантированного ядерного резерва на суше? Важнейшим становится способ размещения МБР. В США уже подумывают о новом (мобильном) способе базирования новых МБР, в КНР давно развивают сеть «пещерных» (туннельных подземных и скальных) укрытий, в странах Азии делают шаги по размещению твердотопливных БР на железнодорожных ракетных комплексах.

РФ ликвидировала свои БЖРК с тяжелыми жидкостными МБР, а теперь исследует возможность восстановления БЖРК, но с более легкими твердотопливными МБР. Почему бы РФ не воссоздать легкую твердотопливную малогабаритную моноблочную МБР на автономной подвижной пусковой установке (вспомним 15-тонную МБР «Курьер»). Меньшая часть таких ракет в замаскированных возимых, буксируемых или самоходных транспортно-пусковых контейнерах всегда была бы в движении по грунтовым, шоссейным и железным дорогам. Наибольшая часть ракет находилась бы «на отдыхе» от передвижений в расположенных в населенных пунктах закрытых помещениях (вспомним, как американцы мучились с обнаружением мобильных иракских баллистических ракет, спрятанных в городах). Остальные ракеты содержались бы в защищенных укрытиях «пещерного» типа. Создание легких, находящихся в движении, ракет, как и ожидаемый переход США от размещения МБР в ШПУ (с технической готовностью к пуску 0,5–2 минуты) к размещению МБР на подвижных пусковых установках (в технической готовности к пуску 15–20 минут), способствовало бы снижению риска случайного начала ядерной войны, так как палец уже не был бы на спусковом крючке.

Необходимо помнить и о гиперзвуковых планирующих ракетах глобальной дальности, обладающих способностью широкого маневрирования по направлению полета и огибания опасных в отношении ПВО/ПРО районов.

При определении уровня достаточности важное значение имеет задача разумного распределения ЯБЗ между видами и типами носителей и средств доставки в зависимости от степени их уязвимости одним ядерным боезарядом. Один ЯБЗ противника может уничтожить или нейтрализовать на длительное время: в одной ШПУ одну МБР (1, 3, 6 или 10 ЯБЗ), в одном районе рассредоточения дивизиона ПГРК – три МБР (3 или 9 ЯБЗ), в одном гарнизоне базирования полка ПГРК – девять МБР (9 или 27 ЯБЗ), на одном аэродроме базирования Дальней авиации – до 30 ТБ (180 ЯБЗ), в одном пункте базирования подводных лодок – до четырех ПЛАРБ (256 или более ЯБЗ). Нельзя забывать и об обычном (неядерном высокоточном) оружии. К примеру, одним обычным боеприпасом соответствующей мощности можно уничтожить или нейтрализовать на длительное время одну ПЛАРБ (64 или более ЯБЗ), одну или более МБР ПГРК (1, 3 или более ЯБЗ), один или более ТБ (6 или более ЯБЗ). Очевидно, что в интересах живучести наших СЯС нам выгоднее иметь как можно меньше ЯБЗ на носителе или средстве доставки и держать вне баз постоянного размещения и в движении как можно больше носителей и средств доставки.

Погрузка самой тяжелой в мире морской ракеты (стартовая масса 90 т) Р-39У в шахту подводного ракетного крейсера стратегического назначения «Тайфун».

Стоимость ядерных вооружений является производной как от их необходимой достаточности и вынужденной избыточности, так и от явной расточительности при их поддержании и возобновлении. В 2011 году в РФ насчитывалось шесть типов жидкостных и твердотопливных МБР (РС-20, РС-18, РС-12М, РС-12М2, РС-24 и создаваемая МБР «Авангард»), пять типов жидкостных и твердотопливных БРПЛ (РСМ-50, РСМ-54, РСМ-54М, РСМ-56 и создававшаяся БРПЛ «Лайнер»), четыре типа ПЛАРБ (проекты 667БДР, 667БДРМ, 941, 955). Сравним с расчетливыми и бережливыми американцами, ставящими превыше всего соотношение стоимость–эффективность. В США всего лишь один тип твердотопливной МБР («Минитмэн-3»), один тип твердотопливной БРПЛ («Трайдент-2»), один тип ПЛАРБ («Огайо»). В США, Великобритании, Франции и КНР отказались от создания БР межконтинентальной дальности на жидком топливе, а в РФ продолжаются работы по созданию как твердотопливных, так и жидкостных МБР и БРПЛ. Ядерные вооружения слишком дороги, чтобы менять ракеты и ЯБЗ каждые 10–15 лет. В США ТБ В-52H служит уже 50 лет (всего прослужит 70 лет), МБР «Минитмэн-3» – 40 лет (50 – 60), БРПЛ «Трайдент-2» – 20 лет (40–50), ПЛАРБ типа «Огайо» – 30 лет (свыше 45 лет), ЯБЗ W76 для БРПЛ – свыше 30 лет (всего прослужит 60 лет). Если наши показатели по подобным типам ядерных вооружений уступают американским в 1,5–2 раза, то нужно перенимать передовой опыт, не повторять просчетов нашего прошлого.

Век «тяжелой» триады с большими ПЛАРБ, тяжелыми МБР и тяжелыми бомбардировщиками уступает место веку «легкой» триады с малыми и средними ПЛАРБ, легкими и средними МБР и средними бомбардировщиками. В развитии носителей ядерного оружия и средств доставки ЯБЗ в мире имеет место стремление к сокращению размеров и массы носителей (ПЛАРБ и бомбардировщиков) и к уменьшению количества ЯБЗ на носителях ядерного оружия и средствах доставки ЯБЗ.

Еще в 1992 году американцы выдвигали предложение строить малые ПЛА водоизмещением 5 или 8 тыс. т с четырьмя или восемью крупными ШПУ с возможностью размещения в них такого же числа БРПЛ большой дальности или в три-четыре раза большего количества баллистических или крылатых ракет меньшей дальности. В рамках этой идеи с 2012 года в США изучается возможность оснащения многоцелевой ПЛА типа «Вирджиния» баллистическими ракетами промежуточной дальности в неядерном оснащении, используя создаваемые для новой ПЛАРБ новые ШПУ для БРПЛ. Англичане к 2029 году намерены иметь ПЛАРБ третьего поколения меньшего размера и с восемью ШПУ для БРПЛ существующего и нового типа. Китайцы, намеревавшиеся создавать ПЛАРБ с 16 или 20 ШПУ для БРПЛ, строят ПЛАРБ с 12 ШПУ. Американцы с 2021 года приступят к строительству ПЛАРБ третьего поколения, которые станут иметь не по 24 ШПУ, а только по 16 или 20. Похоже, назревает понимание того, что век гигантомании ядерных боевых единиц кончился в связи с уменьшением ядерного боезапаса стран и неизбежным повышением уязвимости таких кораблей в будущем. А в РФ, судя по сообщениям СМИ, число ШПУ на новых ПЛАРБ увеличивают с 12 до 16 и даже до 20. Но ведь наши новые ПЛАРБ должны стать не крейсерами-водовозами с подводным водоизмещением в десятки тысяч тонн, а малошумными подводными лодками водоизмещением максимум до 10 тыс. т и максимум с 10 легкими ракетами. Сравнительно небольшие габариты таких ПЛАРБ облегчили бы их размещение как в скальных укрытиях, так и в портах и бухтах рассредоточения.

Стремление иметь вместо тяжелого бомбардировщика средний наблюдается в США. Дальней авиации РФ нужен только средний бомбардировщик (СБ), способный действовать не по недоступным для нее целям в США, а по объектам в зоне Евразии (то есть выполнять функцию ранее уничтоженных нами БРСД «Пионер»).

Миниатюризация явно затронет и МБР. К концу холодной войны американцы и мы подошли к летно-конструкторским испытаниям подвижных моноблочных МБР массой около 15 т («Миджитмэн» и «Курьер» соответственно). Учитывая технологическое превосходство США, можно не сомневаться, что в случае продолжения существования ядерной триады они быстрее нас вернутся к использованию заделов в мобильных малогабаритных моноблочных МБР. Интересны, кстати, и другие обстоятельства. Американцы уменьшили число ЯБЗ на каждой МБР «Минитмэн-3» с трех до одного, РФ переходит к размещению в ШПУ новых МБР уже не с одним ЯБЗ, а с тремя. Очевидно, что американцы повышают живучесть своего ядерного боезапаса в наземном компоненте, а мы снижаем, даже если не принимать во внимание почти двойное превосходство США по числу МБР в ШПУ.

В последние 20–25 лет в ВМС США, Франции и Великобритании просматривается склонность к уменьшению боекомплекта ЯБЗ на каждой ПЛАРБ и сокращению среднего числа ЯБЗ на одной БРПЛ с шести или восьми до четырех-пяти (при установке на ракете от одного до шести или восьми ЯБЗ). В ВМС РФ наблюдается иная картина. Судя по сообщениям СМИ, вместо четырех ЯБЗ на БРПЛ РСМ-54 на раке

Какие боевые роботы нужны России?
Тезисы выступления на заседании круглого стола «Боевые роботы в войне будущего: выводы для России» в редакции еженедельника «Независимое военное обозрение» г.

Российские стратегические ядерные силы и средства ПРО на снимках Google Earth
Российские стратегические силы ядерного сдерживания состоят как и в США, из наземной ( шахтные и мобильные межконтинентальные баллистические ракеты), морской (стратегические подводные ракетоносцы) и авиационной составляющих (дальние бомбардировщики с крылатыми ракетами и ядерными бомбами).

Завершились учения стратегических ядерных сил под руководством Путина
Новые алгоритмы управления стратегическими ядерными силами (СЯС) России были проверены под руководством президента РФ Владимира Путина в ходе масштабных учений, которые завершились в субботу.


  • США,
  • МБР,
  • ШП,
  • Страна,
  • Противник
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: