Кое-что вспомним

Саша-сапер написал, что записи Леши Меллера изданы в виде книги небольшим тиражом.

Леша служил офицером-«пиджаком» в минометной батарее одного из батальонов 693-го мотострелкового полка (Владикавказ) в 2006-2008 годах. Уволился, выслужив положенные два года. Погиб в 2010 году во время сплава по реке.

Сейчас модно стало рассказывать отставным военачальникам, что, мол, до реформы части на Кавказе у нас были подготовлены отлично, просто молодцы, потому и грузинам наваляли. А сейчас, мол, все похерили.



Некоторые выдержки из блога Леши:

2007 год:
Вчера были учения. На учениях получена оценка «неуд». «Товарищ полковник, вы сами им поставьте оценку, оцените их сами, но — не больше двух». Московская проверка. Замглавкома. И этот, каждые десять минут повторяющий, что он человек Зарицкого. Преподаватель с Коломны. Замучал придираться, замучал бумажками. Бумажек при стрельбе должно заполняться столько, что на это нужна, кажется, ещё одна батарея. В боевых условиях эта система обречена. Цели наносятся на ПУО, две или три карты, записываются в блокнот СОБа, блокнот радиотелефониста и рабочую тетрадь. Кроме того, производятся вычисления, идут команды расчётам и доклады на КНП. И куча-куча макулатуры. В результате стрельба прошла «на запиши». То есть, мины в миномёт не кидали, а только имитировали. И за всё, за каждый этап, получили по двойке.

Осознал собственную профнепригодность. Эз южали. Все летают по огневой, как ссаные веники, а я не знаю что и не знаю как, если мне говорят что.

А потом выясняется, что проверка поставила всем «три». А начарт наш решил выпендриться и лучшее подразделение, сиречь нашу батарею, проверяющему показать. Наверно, на «четыре» хотел. Но лучшее подразделение получило пару. Остальные бы получили ещё меньше. Теперь надо на взятку отдавать тысячу рублей с батареи. А начарту урок.

***

Учения — комедия. Почти ежедневно переставляли палатку, а это забава на полдня, а начинали заниматься этим уже в темноте. Водовозку арестовала ВАИ, поэтому воды вечно не хватает, возим в баках для еды. Продуктов тоже не хватает — КАМАЗ с продуктами встал ещё в полку, да и готовить их не на чём. Ездили в деревню и закупали на батарею макароны с тушёнкой, варили на костре. Чем питались в ротах — неведомо. Но это позади, воды уже примерно хватает, хотя умываться нечем, еда доехала, хотя готовят её ужасно, «каша рисовая с солярой». Той солярой батарея ещё два дня рыгала.

Сегодня учения «батальон в наступлении». Неровная степь, нихрена не видно, рекогносцировка вчера проходила в темноте. В результате пятая рота заблудилась и догоняла батальон, и неизвестно, догнала ли. Мы встали, бог знает куда. Бардак, суета. Очень смешно наблюдать, как очередная рота — штук пять бэх и танк мечется по полю и ищет, куда себя приткнуть. Связи нет, полевая кухня рванула чуть ли не вперед пехоты, а мы тут в глубоком тылу и не знаем, когда уезжать.

Уже не тянет излагать подробности. Армия небоеспособна, если она такая, как наш батальон. А наш батальон — лучший в полку. А как мы сюда ехали! А как мы здесь ориентируемся! А как ни командир полка, ни комдив не знали, когда и куда выезжать.

***

Полковые тактические учения «с применением авиации» закончились. Играли только оборону, наступление не играли. Стреляли танки, саушки, ПТУРы, бэхи, пехота. Два вертолёта сделали четыре захода по одной ракете. Мы имитировали стрельбу. Смешной бардак в эфире. В целом, нормально. За учения полку два. Три этапа — все по двойке. Теперь будем сдавать проверку. Или не будем. Здесь всё решается через магарыч.

Рассказать особенно нечего. Окопы в полный профиль, выкуривание сусликов, Баязет по-серноводски, а рассказать нечего.
… Постояли четыре часа в бронниках. Комдив объяснил, какие мы все уроды и вручил награды. Полку всё-таки три. Забашляли, понятно.

***

Работаем в фантастически весёлом режиме. Два строевых смотра за день. Ежедневно уже неделю почти. Смотрит то полк, то дивизия, а с сегодняшнего дня ещё и армия. Сам генерал-лейтенант Рублёв. Подъём в 6.30, дома в 22.30-23.00, обед — если повезёт. Стоим с утра до вечера на солнышке в полной экипировке (бронник, сумка командирская, противогаз, каска, вещмешок, автомат, таблица позывных), и всякое оно нас поливает собой. Время, свободное от стояния, носимся с выпученными глазами, покупаем за свои деньги то, что не дало нам государство. Сегодня купил 48 батареек на 720 рублей. Надо бы ещё столько же. Плюс бойцовские вещаки, туда мыльно-рыльные, канцелярские...

***

В ночь с четверга на пятницу пришлось аврально организовывать контрольное занятие по стрельбе из АК, выполнение 2УКС. Поспать удалось три часа, но справился с задачей. В ходе стрельб выяснилось, что часть автоматов не пригодна к стрельбе. Так из них два года не стреляли, откуда ж нынешним их владельцам знать, что это за стволы?

***

Сомневаюсь я, что мы нормально воевать сможем. Специалистов нету грамотных. Кадровых офицеров только прое.ываться за пять лет научили. Бойцы знают самые азы, да и в них норматив не выполняют даже на «уд». Пиджаков и не учили ничему.

Поэтому данная нам в руки техника за два месяца придёт в такую же негодность, как имеющаяся, а бойцы всё равно ничего сложнее топорного владения оружием не сумеют. Ни соединить огонь, ни рассчитать поправки, ни уточнить прицел по таблицам стрельбы, не говоря уже о вилках и прочей теории. Согласен, потому что командиры х.евые. И сами командиры тоже нихера военной наукой не владеют.

***

Мы по итогам всех наших учений (которых у нас раз в десять больше, чем в российских частях) — на втором месте среди батальонов дивизии, не то вообще армии. Первое место — за 1МСБ 503МСП. Понятно, что это уже политика, и выбор, кому из комбатов в академию идти, но всё равно задумаешься — а каково в других батальонах, если мы впереди?

***

В связи с выборами в пятницу провели смотр БТГр. Проверяли готовность техники. Результаты всех поразили, и в субботу автобус привёз всё управление дивизии и часть управления полка.

Дело в том, что в РФК не вышел десяток бэх и восемь машин миномётной батареи (из 14). Ночью накануне смотра армейский бизнес вышел на новый уровень: с машин срезали все медные шланги. Говорят, в чипок пошло около 70 килограммов меди. И наши примерно три килограмма трубок — в том числе. Виновных не нашли. Но искать — вообще сложно. Проще назначить виновных. Из числа командиров рот и взводов.

Собралась толпа больших начальников, стали осматривать-обнюхивать машины. Так и наши два клина стали известны тому уровню, на котором выдача запчастей начинается с фиктивных расследований и денежных взысканий.

***

… мы пережили боевую стрельбу. Из девяти расчетов участвуют шесть, из них стреляют пять. Из них только один проверенный, остальные состоят большей частью из молодых, которые хрен знает, стреляли в учебке, или нет. Планово опозорились. С КНП идут непонятные (неверно сформулированные) команды. Довороты по три-ноль за раз, прицелы, ошибочно скорректированные. Начарт проверяющего поил перед стрельбой. Проверяющий — ни в одном глазу, а начарт изрядно. И полез управлять. «Зарядить!» Огневая падает в истерике.

2008 год:

***

В среду раз — и стрельбы, выполнение второго УКС из СО. 12 учебных точек, совместное занятие остатков четвёртой роты и нашей полной батареи. 9 учебных точек наши. На каждую — план-конспект или инструктивная записка. Это притом, что это у нашей батарейки вторые стрельбы из стрелкотни за срок моей службы. Старший — замкомбата. Который тоже не умеет организовывать такие развлечения.
… Изредка я вставал с учебной точкой «однообразие прицеливания». Но редко. Это ж учить надо, и самому учиться, и командирский ящик нужен; а теорию рассказывать перед самой стрельбой уже поздновато.

***

Развалилась система. Всё, что побуждало работать громаднейший механизм, ушло. Военнослужащий, не желающий работать, работать не будет. Ну, никак. Это касается и бойцов, и командиров.

Вот говорю двум взводникам (кадровые, пять лет учились): проверьте, как бойцы почистили оружие, я пошёл делать документы на списание боеприпасов. Возвращаюсь. Смотрят фильм. Проверили? Да, всё проверили. Свинчиваю два дульных тормоза, первых попавшихся. Ржавчина просто кусками сыплется. «А мы снаружи посмотрели, оно почищено».

Вот и шесть офицеров на батарею. Из них трое молодых кадровых, которым ничего нах.й не нужно, и полуё.нутый пиджак-замполит, от которого пользы только — в несложный наряд можно поставить для галочки. И ещё прапорщик, который не знает, сколько в батарее людей, сколько имущества, и кого как зовут, а знает только, как из батарейного общака деньги на ремонт личной машины клянчить.

И ещё сорок четыре бойца. Из них 10 контрактников. Из 44-х — человека два работают добровольно, ещё человек 10 можно заставить работать (имеется в виду, выполнять работу на отдельном участке, требующем контроля и ответственности) пинками, криком и визгом. Но и то: всё на пофиге.

Никого, ни офицеров, ни бойцов, нельзя заставить относиться к порученным задачам ответственно. Никак. Остаётся командир батареи, у которого на почве ответственного отношения к бардаку уже болезни и бессонница, и я, который за три месяца исполнения обязанностей старшего научился ограничивать зону ответственности: это моё, это не моё и на него похрен.

Но это вниз. Вверх тоже всем всё похрен. И приходится выполнять какие-то задачи за начальников служб и управленцев.

Задач в сумме получается много, мозга на них не хватает. Пока упираешься в ремонт техники, херится быт. Начинаешь заниматься вещёвкой — херится дисциплина. Берёшься за дисциплину — запускается документация. Начинаются смотры и тревоги — херится вообще всё.

***

Что до боеготовности и эффективности боевой учёбы. Боевая подготовка хреновая. Реально в состоянии организовать боевую учёбу только БТГр, то есть мы. Все подразделения, находящиеся в полку, раздают весь л/с в рабочки и наряды. Реально проводится только ОГП. Без комментариев.

Мы могли бы. Но большая часть занятий не проводится. План составляется реально от балды. Мы, миномётчики, проводим преимущественно спецуху, т.е. учимся стрелять из миномёта. Огневая — см. выше про стрельбы. Техническая — не проводится. РХБЗ — в батальоне человек 10, умеющих пользоваться изолирующим противогазом. Что там ещё? Разведподготовка, военная топография, инженерная подготовка, военно-медицинская подготовка, противопожарная, экологическая, строевая, уставы? Но самое печальное — тактическая. Её тоже нет.

Некому проводить занятия. Не обучили офицеров тому, чему они должны учить солдат. Не обучили и обучать.

Нет, мы можем. Водители умеют водить. Миномётчики умеют стрелять. Все могут худо-бедно пользоваться автоматом, надевать противогаз и бронник, копать окоп. Офицеры могут управлять огнём. Солдаты не сильны, но выносливы и жилисты.

Хочу заметить, что мы проводим учений раза в 3 больше, чем предусмотрено. Я в прошлом году побывал на двух сборах артиллерии, полковых учениях (одни — полком и одни — батальоном), батальонных и пяти или шести ротных. При этом одни БТУ и несколько РТУ я пропустил.

***

Солидарности по принципу офицерства нет. Сплочённости тоже. Как говорят иногда, «в армии друзей нет, только товарищи». Это неправда, но самые горячие дружеские чувства люди проявляют здесь с корыстными целями. То есть, ежели кто-то идёт тебе навстречу с распростёртыми объятиями и улыбкой — он просто забыл, что ты не куришь.

Половина людей, пришедших в армию, совершенно не собирается скрывать своё отношение к службе. «Мне всё похер, я служить не хочу и не буду. И делать ничего тоже не буду». Это относится и к кадровым, и к пиджакам. Кадровых понять сложнее, но это следствие того, что многие шли в училища по совету родителей, или убегали от срочки, или просто блат был. А когда поняли, куда попали, им уже не давали уволиться — вытягивали на тройки на старших курсах и не увольняли из ВС.

Половина оставшихся служить собирается, но не ради идей, а потому что дома нет работы, потому что в армии можно здорово обогатиться, умеючи. И потому, что армия это место, где можно получать маленькие деньги за безделье.

Оставшиеся ищут разного и сами разные.

Об офицерской чести и чести вообще можно говорить у последней и изредка второй группы. Но слова такого нет. В заданном интерьере оно неуместно. Просто кто-то придерживается каких-то принципов и ограничений, кто-то нет. Кто-то держит слово, но ворует. Кто-то не ворует, но прогибается. Кто-то ведёт себя паскудно, но держит дистанцию вниз и вверх.

Там еще много слов про постоянное воровство и пьянство. Вот такая подготовка, которая больше похожа на имитацию. Деградация офицерского сословия, когда большинству плевать на службу. Да, во многом из-за 15-20 лет постепенного разрушения армии под воздействием внешних факторов.
Дальше терпеть было нельзя и начали реформу. Но ее исполнители-то в большинстве все те же, которым плевать на службу. Часть из них убрали во время сокращения, но остальные остались. Еще хуже, что во время сокращения частично ушли и те, кто был не равнодушен. Кто читал мой блог в 2009-2010 годах помнят, что об учениях я изредка начал писать с лета 2009, а о более-менее нормальной подготовке только с весны 2010 года. И подготовка эта началась только после проверок несколькими комиссиями из округа и Москвы, а до них одни рабочки были да строевая. И когда надо было начать проводить занятия, выяснилось, что большинство офицеров батальона просто не умеют этого делать: не знают как организовать их, чему обучать. Заполнять бумажки умели, а вот научить солдата военной науке не могли. Да и, честно сказать, не очень-то и хотели.

2012 год. Как-то во время одной из поездок разговаривал с офицером управления бригады N о последней проверке, по итогам которой сняли с должности комбрига. Офицер возмущался, что проверяющий полковник после стрельб лично пошел посмотреть на мишени и увидел, что они, якобы упавшие от попаданий, абсолютно целы… Мол, до этого никто так не делал, а этот, зараза...

Долго мы еще от балласта избавляться будем, ой, долго.

Об этом сообщает сегодня Военное обозрение.

Кое-что вспомним-2
Несколько дней назад приводил выдержки из интернет-дневника офицера-минометчика 693-го полка twower.

Крис Ли: «Магнитка» пытается делать кое-что новое, есть заготовки
Защитник магнитогорского «Металлурга» Крис Ли поделился впечатлениями после домашнего матча с рижским «Динамо», в котором его команда уступила со счётом 1:3. «Да уж, ещё одна тяжёлая игра, как и все…

Сергей Гвардейцев: В кризис я оживаю. Потом будет что вспомнить
«Не уехал, потому что вовремя не выучил английский. И не жалею» — У программистов все действительно так хорошо, даже сейчас?

Кое-что об экономике советского космоса
Лет 20 назад, во времена разгула перестройки и нового мышления, была очень популярна точка зрения, что космические программы являются разорительными для страны и не приносят никакого экономического эффекта.


  • Офицер,
  • Подготовка,
  • Полка,
  • Учение,
  • Армия
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: