Великая трансатлантическая сделка

Свыше 60 лет она приносила выгоду странам-участницам, но сегодня исчерпала себя

Европейская безопасность по-прежнему зависит от Соединенных Штатов, притом что их возможности и готовность быть единственным гарантом стабильности в Европе уже не те, что прежде.




Неформальное послевоенное соглашение

Чтобы понять нынешние тенденции в отношениях между США и Европой, нужно представлять себе те основы, постепенно исчезающие на наших глазах, на которых эти отношения строились на протяжении более чем шести десятилетий. В конце 40-х – начале 50-х годов Америка, победившая во Второй мировой войне, и Западная Европа, разоренная той войной и экономически, и морально, заключили Великую трансатлантическую сделку.

Это неформальное, нигде не записанное соглашение определяло разделение труда между партнерами по обе стороны Атлантики и основывалось на широко распространенном общем понимании требований текущего момента. По сути эта сделка позволила европейцам в условиях быстрого раскручивания холодной войны переложить заботу о своей безопасности на Соединенные Штаты, как сказали бы теперь, передать ее США на аутсорсинг.

Иными словами, защиту континентальной Европы от советской угрозы европейцы почти полностью передоверили США, оставив на свою долю лишь минимальный военный вклад. Это позволило им сосредоточить силы на восстановлении своего разрушенного войной континента, смягчить остроту противоречий, грозивших дестабилизировать национальные сообщества, и приступить к процессу политического исцеления и интеграции, который со временем должен был обеспечить Европе мир и процветание.

В обмен на услуги в области обороны Америка практически становилась европейской державой и таким образом впервые в своей истории – глобальным гегемоном. Кроме того, Соединенные Штаты получили право вето в вопросах европейской политики. Будучи главной силой в НАТО и главным учредителем трансатлантической сделки, они также получили решающий голос во всех крупных геополитических решениях, принимаемых европейцами.

В целом эта сделка была чрезвычайно выгодна всем сторонам-участницам. Америка выполняла в Европе роль благожелательного лидера и наращивала мощную «мягкую силу», а западные европейцы имели возможность заниматься по существу лишь внутренними проблемами, поскольку столь необходимая Европе внешняя стабильность обеспечивалась американцами. В годы холодной войны европейцы могли позволить себе уделять относительно небольшое внимание вопросам безопасности и обороны. Если бы не гарантии безопасности со стороны США, им пришлось бы тратить на оборону во много раз больше.

А так они могли вкладывать эти деньги в развитие экономики, повышение эффективности управления и построение щедрых систем социального обеспечения, что в целом дало Западной Европе беспрецедентное процветание и социально-политическую стабильность.

Залогом прочности этого трансатлантического пакта была внешняя угроза, исходящая от глобального конкурента – коммунистической системы СССР и его вынужденных союзников по Варшавскому договору.

После окончания холодной войны и распада Советского Союза пакт остался в силе, поскольку американцев и европейцев объединяло стремление содействовать трансформации стран Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ) с тем, чтобы теперь и они тоже могли воспользоваться преимуществами, которые обеспечивала Великая трансатлантическая сделка.

Сегодня оба эти фактора утратили свое значение, однако устранение системного конфликта между западным миром и советским блоком не привело к столь желанному «новому мировому порядку» (по выражению Джорджа Буша-старшего), регулируемому международными организациями, в частности Организацией Объединенных Наций. Вместо этого возник практически нерегулируемый мир, испытывающий острую потребность в механизмах, с помощью которых сильные государства и нации могли бы поддерживать стабильность. Сначала участники трансатлантической сделки попытались просто перенести в эту новую ситуацию старую, испытанную модель «разделения труда».

Это означало, что основные усилия по поддержанию стабильности в мире – как дипломатические, так и военные – по-прежнему возлагались на США, а участие европейцев в этом процессе оставалось незначительным и эпизодическим. Такой расклад в общем и целом сработал в Кувейте, Северной Корее, на Ближнем Востоке, на Балканах и в Афганистане, но не в Ираке, поскольку в этом случае многие давние союзники Америки не поверили в необходимость вмешательства и отказались в нем участвовать.

Структурный изъян Великой сделки

Поскольку и в новых условиях стороны трансатлантической сделки сохраняли общие интересы, то благодаря описанной выше коррекции и адаптации пакт в целом сохранял силу еще долгое время после того, как его изначальный смысл перестал существовать. Однако с самого начала, с середины ХХ века, эта сделка имела серьезный структурный дефект, коренящийся в самой сути исходной схемы, а именно: она объективно тормозила развитие у европейцев стратегического мышления и правильного представления о безопасности и военной мощи в современном мире.

Позволив европейцам не заботиться о собственной обороне, трансатлантический пакт породил в европейских столицах интеллектуальную лень и политическое благодушие, которые препятствовали формированию чувства ответственности за жизнь и смерть людей и даже за собственное существование. До сих пор европейцы строят свою оборонную политику так, будто субсидии Америки в области безопасности в форме гарантий в рамках НАТО и расширенного ядерного сдерживания – это бесплатно и навсегда.

Однако сейчас относительная мощь Америки уменьшилась, она вынуждена сокращать свои расходы на оборону и все менее заинтересована в том, чтобы, как прежде, быть европейской державой. В результате основа для старой сделки оказывается подорванной и ее будущее существование под вопросом. Но и подходящей замены пока не видно. Американцы настойчиво просят предложить что-то взамен прежнего пакта, но европейцы в общем и целом отказываются предпринимать какие-либо серьезные действия. Такова основная проблема трансатлантических отношений во втором десятилетии XXI века.

Экономическая эмансипация Европы

Сохранение зависимости Европы от США в вопросах обороны резко контрастирует с результатами экономического развития континента с момента заключения трансатлантической сделки. С самого начала важнейшим элементом данного соглашения (а также основным элементом западной стратегии противодействия советскому экспансионизму) было экономическое восстановление Европы. В соответствии с Программой восстановления Европы (так называемым планом Маршалла) Америка обеспечила финансирование скорейшего восстановления европейской экономики после войны.

Первые шаги экономической интеграции в виде создания европейских объединений или сообществ подкреплялись политическими и финансовыми гарантиями со стороны США. Сегодня экономическая зависимость Европы от США исчезла и возникло общее трансатлантическое экономическое пространство с высокой степенью интеграции и самыми большими в мире объемами торговли и прямых иностранных инвестиций.

Несмотря на бурный рост экономик в Азии и некоторых других регионах, трансатлантическая экономика еще некоторое время будет оставаться главным мировым экономическим локомотивом.

В целом экономическое восстановление и интеграция Европы с 50-х годов – один из наиболее успешных проектов в мировой истории. Более того, трансатлантические экономические отношения реализуются практически без каких бы то ни было проблем и конфликтов. Они хорошо регулируются, а неизбежные разногласия по техническим вопросам, таким как тарифы, стандартизация или доступ тех или иных продуктов на рынок, решаются в рамках соответствующих институтов.

Сегодня Европейский союз – это крупнейший в мире торговый блок и крупнейший в мире единый интегрированный рынок, оказывающий заметное влияние на глобальные потоки товаров и глобальное нормативно-правовое регулирование. Таким образом, в экономическом отношении и США, и Европа уже давно переросли рамки первоначальной трансатлантической сделки. В плане экономических амбиций, инноваций и производительности Европа, в общем, уже не уступает Соединенным Штатам. Но в сфере безопасности и обороны она (за исключением разве что Франции) никогда не имела подобных амбиций. Пока действовали старые условия трансатлантического соглашения, это не составляло особой проблемы. Однако в условиях XXI века проблема неизбежно возникает: США уже не могут компенсировать указанное отсутствие амбиций, поскольку более не обладают столь подавляющим превосходством и не сосредоточены в такой степени на европейских проблемах.

Низкий уровень амбиций

Отсутствие общеевропейских амбиций в области безопасности и обороны вызывает некоторое удивление, если вспомнить, что даже во времена максимальной эффективности трансатлантической сделки европейцы регулярно выражали неудовольствие господством Америки. Суэцкий кризис, ситуация на Кубе, война во Вьетнаме, споры о долевом участии в коалиционных расходах и «двойное решение» НАТО («двойное решение» НАТО было принято 12 декабря 1979 года Советом НАТО. Оно предусматривало развертывание американских ракет средней и меньшей дальности на территории стран Западной Европы и одновременно начало переговоров с СССР по проблеме советских евроракет), вмешательство американцев в дела Латинской Америки и Ближнего Востока вплоть до войны в Ираке в 2003 году и глобальной войны с терроризмом – все это привело к появлению заметных трещин в трансатлантическом партнерстве.

Однако несмотря на все размолвки и кризисы, никто и никогда (за исключением немногих сторонников жесткой линии на периферии спектра европейских партий) всерьез не подвергал сомнению основной функционал трансатлантической сделки и, в частности, те преимущества, которые она обеспечивала европейцам.

Вместо того чтобы выстраивать собственную политику в области обороны и безопасности, европейцы неохотно и не слишком энергично (и не без серьезных споров между собой) стали формировать первичные элементы общей внешней политики и политики в сфере безопасности. Но медленные темпы и скромные масштабы этого процесса свидетельствуют о довольно ограниченных амбициях европейцев.

Внешняя политика вообще не входила в официальную повестку дня Евросоюза до 1993 года, когда Маастрихтский договор подвел под ЕС три политические опоры, одной из которых стали «отношения с внешним миром». Вскоре после этого неудачи европейцев на Балканах в 90-х годах наглядно продемонстрировали необходимость большей сплоченности во внешних акциях. В результате в 1999 году согласно Амстердамскому договору был учрежден пост верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности.

Эта новая должность вместе с приданным ей бюрократическим аппаратом стала для ЕС первым реальным внешнеполитическим механизмом, выходящим за рамки управленческих возможностей Европейской комиссии. Первым эту должность занял Хавьер Солана, и при нем ЕС удалось оказать реальное влияние на послевоенную ситуацию на Балканах. Кроме того, в 2003 году принята Европейская стратегия безопасности – на сегодня единственный документ такого рода. В том же году создана Европейская боевая группа (EU Battlegroup) – силы быстрого реагирования, предназначенные для выполнения военных миссий ЕС. Эти силы с момента их создания по-настоящему существовали лишь на бумаге, их оперативные возможности были крайне ограниченны как с точки зрения командования и управления, так и на практике.

Военных операций в рамках общей внешней политики и политики безопасности (Common Foreignand Security Policy) было немного, их масштаб и продолжительность не свидетельствуют о том, что ЕС обладает независимой военной силой. Расчет на то, что Европа наконец пробудится и реализует свой огромный внешнеполитический потенциал, раз за разом не оправдывается. Так, совсем недавние долгожданные новации, введенные Лиссабонским договором, вновь не привели ни к большей сплоченности, ни к способности оперативного реагирования.

Напротив, новая ситуация, сложившаяся после Лиссабона, характеризуется еще большей неупорядоченностью и меньшей эффективностью. Дипломатической службе ЕС – Европейской службе внешнеполитической деятельности потребуются годы, прежде чем она сможет начать реально выполнять возложенные на нее обязанности. В целом на сегодня политика ЕС по международным делам и безопасности так и не вышла из зачаточного состояния.

Отношение Америки к ограниченным амбициям Европы с течением времени заметно менялось. Первоначально США скептически восприняли планы создания ЕС собственного военного потенциала и даже штаб-квартиры, опасаясь возникновения в Европе структуры, конкурирующей с НАТО.

Американцы также опасались, что создание отдельных сил ЕС, питаемых из тех же источников, подорвет и без того сокращающиеся оперативные возможности НАТО.

Однако США изменили свою точку зрения, во-первых, когда поняли, что эти планы не представляют никакой реальной угрозы для НАТО, а во-вторых, когда стало ясно, что США могли бы использовать возможности сильной Европы для того, чтобы более равномерно распределять нагрузку в Ираке и Афганистане между всеми участниками операции.

Почему слабость Европы является глобальной проблемой

По сути европейские активы в сфере безопасности и обороны формируются вокруг американских активов, которые они должны дополнять, по крайней мере в теории.

На самом деле европейские правительства постоянно урезают свой потенциал, сокращая численность войск, системы вооружений и объемы боеприпасов. Все крупные европейские страны, в том числе Германия, Великобритания, Франция, Польша, Италия, Испания, Нидерланды, в последние несколько лет объявляли о таких сокращениях и урезали расходы на оборону, намереваясь делать так и впредь. Оставшийся оборонный потенциал уступает американскому в технологическом отношении, что приводит к снижению операционной совместимости систем американских и европейских союзников.

Еще опаснее то, что в европейском восприятии существует неразрывная связь между потенциалом обороны и безопасности ЕС и гарантиями безопасности со стороны США. Строительство сил обороны и безопасности отражает политическую установку, что безопасность Европы по-прежнему будут гарантировать США, а не сами европейцы, то есть ЕС исходит из того, что старая трансатлантическая сделка остается в силе.

Получается, что европейская безопасность по-прежнему зависит от США, притом что их возможности и готовность быть единственным гарантом стабильности в Европе уже не те, что прежде. Если эта тенденция сохранится, в Европе может возникнуть геополитический вакуум, что сделает жизнь в ней менее защищенной и менее безопасной. Ибо если европейцы не стремятся заполнить этот вакуум сами, кто будет это делать за них?

Европа должна освободиться от трансатлантической сделки по многим причинам, и не в последнюю очередь, чтобы сохранить трансатлантическую солидарность – именно сейчас солидарность особенно необходима и Европе, и Америке, может быть, даже больше, чем они могут себе представить. Европейцы не только должны иметь возможность обеспечивать свободу и безопасность на собственном континенте, они должны экспортировать стабильность в другие, заведомо неустойчивые соседние регионы – в Северную Африку, на Ближний Восток, в Восточную Европу и Центральную Азию, на Балканы. Как учит нас история, стабильность невозможно поддерживать, не имея достаточных военных средств.

Наконец, европейцам неизбежно приходится отстаивать свои интересы по всему миру, поскольку для поддержания привычного образа жизни им нужны доступ к глобальным экспортно-импортным рынкам, свободные морские пути, регулирование миграционных потоков и стабильные цены на нефть.

Однако в настоящее время они не обладают возможностями для того, чтобы защищать эти интересы собственными силами и в духе старой трансатлантической сделки перекладывают решение своих проблем на США. К счастью, американские и европейские цели в этих областях во многом совпадают, поэтому Америка, добиваясь необходимых результатов для себя, одновременно в значительной степени действует в интересах европейцев (и большинства других стран мира). Но если Америка будет вынуждена сократить свое глобальное присутствие, европейцам в конечном итоге придется под давлением обстоятельств искать адекватное решение для собственных проблем.

Отсутствие у европейцев достаточного оборонного потенциала не только наносит ущерб стабильности в Европе и европейским интересам за рубежом, но и лишает европейцев возможности исполнять свои обязанности в качестве богатых и влиятельных субъектов в рамках либерального мирового порядка (liberalworldorder). Европейцы всегда играли конструктивную роль в поддержании этого мироустройства, в основном в качестве младших партнеров Соединенных Штатов. И в этой сфере относительное снижение американской мощи приводит к тому, что и у европейцев становится меньше возможностей вмешательства в разных точках мира. Ведь проблема отсутствия центра силы – силового вакуума, который нечем заполнить, стоит не только перед Европейским континентом. Существует также опасность того, что слабость Запада может открыть шлюзы для агрессивных, антилиберальных сил, готовых организовать глобальное управление в соответствии с их собственными, вероятно, не столь гуманными представлениями.

Так что слабость Европы – это не только европейская проблема и даже не только проблема трансатлантических отношений.

Она вполне может обернуться проблемой для всего мира.

Отказаться от Великой сделки, чтобы сохранить отношения

Что будет означать освобождение европейцев от трансатлантической сделки? Прежде всего и лидерам, и самому населению Европы нужно выработать новый концептуальный подход, который позволит им участвовать в стратегических дебатах XXI столетия. Ос

Франция может сорвать сделку Обамы по Трансатлантическому партнерству
Соглашение по Трансатлантическому торговому и инвестиционному партнерству (TTIP) все еще под вопросом, несмотря на то, что стороны провели уже 12 раундов переговоров, пишет журнал Spiegel.

Советский газовый проект и события 1968 года в Чехословакии
В настоящее время вполне очевидно, что развитие мировой энергетики неизбежно приводит не только к стремительному усилению конкуренции в экономике, но и к превращению энергетической составляющей в важнейший геополитический фактор, к её доминированию в международных отношениях.

Запад крупно просчитался насчет Китая
Ловушка Фукидида Си Цзиньпинь, руководитель Китая и человек, объявивший на последнем Съезде народных представителей КНР теперь ставший легендарным План развития на 13-ю пятилетку.


  • США,
  • Безопасность,
  • Европа,
  • Сделка,
  • Европеец
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: