Отношения Израиля с Грузией не могут развиваться в ущерб отношениям с Россией - МИД Израиля Замминистра иностранных дел Израиля Дани Аялон – одна из самых интересных и противоречивых фигур в израильской дипломатии и политике. Опытный дипломат, бывший посол Израиля в США, а ныне – замглавы МИДа и депутат от партии «Наш Дом — Израиль», Аялон своими высказываниями и поступками не раз привлекал к себе внимание прессы. Один из самых известных инцидентов, связанных с Дани Аялоном – его беседа с турецким послом в 2010 году после ряда антиизраильских демаршей Турции. Тогда Аялон приказал убрать со стола полагающийся по протоколу флаг Турции, сам сел в высокое кресло, а гостя усадил на низкий диванчик, чтобы «указать Турции ее место». Не так давно Дани Аялон побывал с официальным визитом в Грузии, и эта поездка стала формальным поводом для интервью «ВК». — Господин Аялон, чем объясняется то, что в последнее время израильские высокопоставленные чиновники и политики зачастили на Кавказ вообще и в Грузию в частности? — Прежде всего, тем, что современная Грузия – необычайно дружественная Израилю страна, с которой нас объединяют общие демократические ценности, общий подход к решению ряда важных проблем мировой политики. Кроме того, не следует забывать, что в Грузии существует еще достаточно большая и одна из самых древних еврейских общин в странах диаспоры – евреи живут в Грузии не менее 2600 лет. Культурные и экономические связи с Грузией развиваются весьма интенсивно; в последнее время к ним прибавились связи в области туризма, однако мы считаем, что потенциал взаимоотношений с этой страной до сих пор не реализован. Кроме того, как вы помните, некоторое время назад в Грузии были арестованы два крупных израильских бизнесмена. Хотя с момента их освобождения прошло немало времени, тот ущерб, который нанес этот инцидент израильско-грузинским связям, до сих пор до конца не восстановлен. Мой визит в Тбилиси значительной степени был связан с тем, чтобы окончательно ликвидировать этот ущерб и сложить папку с этим эпизодом нашей истории в архив. Еще одна цель поездки – поддержать и приободрить нашего посла в Грузии Ицхака Гербера, который, как известно, стал объектом покушения со стороны проникших в Грузию иранских агентов. По себе знаю, насколько важны такие визиты для работников посольств; как важно услышать привет из дома, переданный не по телефону или факсу, а лично. Ну и, само собой, было немало встреч на политические темы, в том числе с моим грузинским коллегой и министром информации. — Какая тема была основной в этих беседах? Тема иранской угрозы? — Мы обсуждали самый широкий круг вопросов, включая ситуацию на Ближнем Востоке в целом и, само собой, иранскую проблему. Как известно, Грузия присоединилась к санкциям против Ирана и наши позиции по отношению к данной проблеме практически совпадают. — Со стороны грузинского руководства были какие-то специфические просьбы к Израилю? — Что вы имеете в виду? — Я имею в виду напряженные российско-грузинские отношения и те надежды, которые Грузия, возможно, все еще связывает с военной помощью Израиля… — Нет, это исключено. С самого начала мы дали понять нынешнему руководству Грузии, что для нас крайне важны хорошие отношения с этой страной, но и добрые отношения с Россией важны для нас не меньше, и одни не могут развиваться в ущерб другим. Разумеется, проблема Абхазии и Южной Осетии всплывала в наших беседах. Наша позиция по поводу этого конфликта предельно ясна — мы выступаем за сохранение территориальной целостности Грузии, то есть сохранение в ее составе Абхазии и Южной Осетии, и надеемся на разрешение этого клубка противоречий мирным путем. — Если уж мы заговорили о России, то не могу задать вопроса о том, когда в Израиле ждут визита президента Путина. Поначалу некие информированные источники уверяли, что Путин прибудет в Израиль буквально через пару недель после инаугурации. Сейчас газета «Едиот ахронот» утверждает, что визит состоится в конце июня и продлится ровно один день. Кому верить? — Не могу сказать по этому поводу ничего определенного. СМИ действительно много писали на эту тему, но во всех случаях речь шла о газетных утках. На самом деле говорить об этом пока рано, никаких окончательных дат и программы визита еще нет. Разумеется, президент России – желанный гость. Наше приглашение он получил, и если Путин приедет, мы окажем ему подобающий прием. — Итак, окончательной даты визита президента Путина в Израиль? — Во всяком случае, у меня нет права об этом говорить… — Клаузиц сказал, что война – это продолжение дипломатии иными средствами. Вы являетесь одним из самых опытных израильских дипломатов. Что вы думаете по поводу Ирана – исчерпали ли себя в данном случае дипломатические средства или еще есть шанс добиться с их помощью желаемого результата? — Наша позиция по Ирану также предельно ясна: нельзя допустить, чтобы у Ирана появилась атомная бомба. Такой поворот событий поставит под угрозу уничтожения не только Израиль, но и другие страны Ближнего Востока, а по большому счету, и всего мира. Это, кстати, понимают практически все, включая арабские страны. Спор идет вокруг того, каким образом не допустить создания Ираном своей атомной бомбы. Наши требования были определены четко: необходимо добиться полного прекращения Ираном обогащения урана; собрать тот уран, который они успели обогатить в нарушение всех международных норм и актов; разрушить ядерные объекты, чтобы сделать невозможным процесс обогащения Ирана в будущем и наладить жесткую международную инспекцию за выполнением всех этих требований. На меньшее мы не можем согласиться по ряду причин. Во-первых, потому, что если разрешить Ирану обогащать уран до определенного уровня, то это позволит им с легкостью обмануть мировую общественность и выйти за рамки разрешения. Это как с беременностью — нельзя быть наполовину беременной. Либо ты обогащаешь уран, либо нет. Во-вторых, сама иранская ядерная программа представляет собой нарушение всех международных законов и обязательств, которые Иран подписал, а также четырех постановлений Совета безопасности по его ядерной программе. Таким образом, крайне важно понять следующее: международное сообщество не ведет переговоров с Ираном, поскольку с преступником не ведут переговоры о том, может ли он продолжать совершать преступления или нет. Мир предъявляет Ирану конкретные требования и настаивает, чтобы он их выполнил. — Можно ли, на ваш взгляд, добиться выполнения этих требований дипломатическими средствами или они уже исчерпаны? — Следует понять — Иран сейчас находится на пороге хаоса; полного крушения как экономики, так и общества и политической структуры. Каким бы ни было руководство Ирана, оно не может этого не понимать. И именно ослабление Ирана внушает надежду на то, что он подчинится требованиям мирового сообщества. Решающий раунд разговора (именно разговора, призыва к ответу, а никак не переговоров!) с Ираном, видимо, состоится в Москве. Давайте дождемся июня. Но если давление на Иран в Москве окажется безрезультатным, мы будем считать, что перед нами открыты все опции. Любое решение будет меньшим злом по сравнению с той ситуацией, которая возникнет в случае появления у Ирана ядерного оружия. — В последнюю неделю в турецких СМИ появилась информация о том, что прокуратура Турции уже передала в суд обвинительные заключения против бывшего руководства израильской армии в связи с инцидентом на «Мави-Мармара». Эти же СМИ утверждают, что прокуратура требует для израильских генералов 18 000 лет тюремного заключения. Намерен ли МИД Израиля как-то отреагировать на эти сообщения? — Прежде всего, ни МИД Израиля, ни наше посольство в Турции не получило пока никаких требований со стороны правоохранительных органов или каких-либо других структур этой страны. Все, что мы пока знаем, мы знаем из газет, а газетам, извините, доверять нельзя. Поэтому никакой официальной реакции пока не последовало. В то же время, если это правда, то это более чем серьезно. У Турции нет никаких оснований и никакой правовой базы для проведения такого суда; речь идет исключительно о политической акции с целью нанести ущерб имиджу Израиля. Разумеется, мы не смиримся с подобным развитием событий. Безусловно, мы сумеем обеспечить неприкосновенность наших военнослужащих запаса и дадим попыткам привлечь их к суду надежный отпор. Но я почти уверен, что Турция не пойдет на такой шаг, так как, повторю, у него нет никакой правовой основы. Штурм «Мави-Мармара» и действия на этом судне израильских военнослужащих находились в полном соответствии с международным морским правом, и это однозначно подтвердила комиссия ООН во главе с Дж. Пальмером. С юридической точки зрения мы здесь полностью защищены, так что попытка Турции провести подобный процесс будет отвергнута мировым сообществом. — Существует ли, на ваш взгляд, шанс на нормализацию израильско-турецких отношений в ближайшем будущем? — Ответ на этот вопрос сейчас находится не у нас, а у турок. Мы все, что было можно с нашей стороны, сделали. Я думаю, что такой шанс существует, так как по большому счету обе стороны заинтересованы в такой нормализации. Кроме того, Турция как член НАТО испытывает давление со стороны этой организации, требующей от нее наладить отношения с Израилем. — Скажите, вы не чувствуете свою личную ответственность за ухудшение отношений с Турцией? Ведь именно после того, как вы прилюдно унизили посла Турции, турецко-израильские отношения были испорчены окончательно… — Ничего подобного! Наши отношения с Турцией стали стремительно ухудшаться в 2008 году, когда турецкий премьер Эрдоган публично унизил на конференции в Давосе нашего президента Шимона Переса. Со мной это никак не было связано. Когда, чтобы защитить наших детей, мы вынуждены были провести в Газе операцию «Литой свинец», турки открыто перешли на антиизраильские позиции и стали снимать откровенно лживые антисемитские сериалы вроде «Волчьей долины». И это опять лично со мной никак не связано. — Так чувствуете ли вы все-таки личную ответственность за ухудшение отношений с Турцией или нет? — Ухудшение отношений Турции с Израилем – это лишь часть общей картины ухудшения ее отношений с Западом в целом. Вспомните, что еще в 2003 году турки не дали западной коалиции использовать свое воздушное пространство для удара по Ираку. Вспомните, что Турция полтора года назад отказалась поддержать санкции против Ирана. Вспомните последние турецкие угрозы в адрес Кипра. Таким образом «турецкая проблема» на самом деле гораздо шире, чем вам видится из своего кабинета в Тель-Авиве. — И все же я повторю свой вопрос: неужели вы совершенно не сожалеете о своем поступке по отношению к послу Турции в Израиле? — Унижать кого бы то ни было – не в моем характере. Когда я понял, что мое поведение был воспринято послом как личное оскорбление, у меня не было никакой проблемы позвонить ему, чтобы принести извинения и написать письмо с извинениями, в котором я объяснил, что ни в коем случае не хотел его обидеть лично. Но требования Турции принести извинения за действия наших солдата и офицеров на «Мави-Мармара», когда мы были в своем праве и наткнулись на яростное сопротивление со стороны находившихся на судне… исламских активистов для нас неприемлемы и не будут приемлемы никогда. Петр Люкимсон, Израиль. Об этом сегодня сообщает Военное обозрение . Турция, ИРАН, Грузия, Сторона, Отношение

Отношения Израиля с Грузией не могут развиваться в ущерб отношениям с Россией - МИД Израиля

Замминистра иностранных дел Израиля Дани Аялон – одна из самых интересных и противоречивых фигур в израильской дипломатии и политике.

Опытный дипломат, бывший посол Израиля в США, а ныне – замглавы МИДа и депутат от партии «Наш Дом — Израиль», Аялон своими высказываниями и поступками не раз привлекал к себе внимание прессы.

Один из самых известных инцидентов, связанных с Дани Аялоном – его беседа с турецким послом в 2010 году после ряда антиизраильских демаршей Турции. Тогда Аялон приказал убрать со стола полагающийся по протоколу флаг Турции, сам сел в высокое кресло, а гостя усадил на низкий диванчик, чтобы «указать Турции ее место». Не так давно Дани Аялон побывал с официальным визитом в Грузии, и эта поездка стала формальным поводом для интервью «ВК».

— Господин Аялон, чем объясняется то, что в последнее время израильские высокопоставленные чиновники и политики зачастили на Кавказ вообще и в Грузию в частности?

— Прежде всего, тем, что современная Грузия – необычайно дружественная Израилю страна, с которой нас объединяют общие демократические ценности, общий подход к решению ряда важных проблем мировой политики. Кроме того, не следует забывать, что в Грузии существует еще достаточно большая и одна из самых древних еврейских общин в странах диаспоры – евреи живут в Грузии не менее 2600 лет. Культурные и экономические связи с Грузией развиваются весьма интенсивно; в последнее время к ним прибавились связи в области туризма, однако мы считаем, что потенциал взаимоотношений с этой страной до сих пор не реализован. Кроме того, как вы помните, некоторое время назад в Грузии были арестованы два крупных израильских бизнесмена. Хотя с момента их освобождения прошло немало времени, тот ущерб, который нанес этот инцидент израильско-грузинским связям, до сих пор до конца не восстановлен. Мой визит в Тбилиси значительной степени был связан с тем, чтобы окончательно ликвидировать этот ущерб и сложить папку с этим эпизодом нашей истории в архив. Еще одна цель поездки – поддержать и приободрить нашего посла в Грузии Ицхака Гербера, который, как известно, стал объектом покушения со стороны проникших в Грузию иранских агентов. По себе знаю, насколько важны такие визиты для работников посольств; как важно услышать привет из дома, переданный не по телефону или факсу, а лично. Ну и, само собой, было немало встреч на политические темы, в том числе с моим грузинским коллегой и министром информации.

— Какая тема была основной в этих беседах? Тема иранской угрозы?

— Мы обсуждали самый широкий круг вопросов, включая ситуацию на Ближнем Востоке в целом и, само собой, иранскую проблему. Как известно, Грузия присоединилась к санкциям против Ирана и наши позиции по отношению к данной проблеме практически совпадают.

— Со стороны грузинского руководства были какие-то специфические просьбы к Израилю?

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду напряженные российско-грузинские отношения и те надежды, которые Грузия, возможно, все еще связывает с военной помощью Израиля…

— Нет, это исключено. С самого начала мы дали понять нынешнему руководству Грузии, что для нас крайне важны хорошие отношения с этой страной, но и добрые отношения с Россией важны для нас не меньше, и одни не могут развиваться в ущерб другим. Разумеется, проблема Абхазии и Южной Осетии всплывала в наших беседах. Наша позиция по поводу этого конфликта предельно ясна — мы выступаем за сохранение территориальной целостности Грузии, то есть сохранение в ее составе Абхазии и Южной Осетии, и надеемся на разрешение этого клубка противоречий мирным путем.

— Если уж мы заговорили о России, то не могу задать вопроса о том, когда в Израиле ждут визита президента Путина. Поначалу некие информированные источники уверяли, что Путин прибудет в Израиль буквально через пару недель после инаугурации. Сейчас газета «Едиот ахронот» утверждает, что визит состоится в конце июня и продлится ровно один день. Кому верить?

— Не могу сказать по этому поводу ничего определенного. СМИ действительно много писали на эту тему, но во всех случаях речь шла о газетных утках. На самом деле говорить об этом пока рано, никаких окончательных дат и программы визита еще нет. Разумеется, президент России – желанный гость. Наше приглашение он получил, и если Путин приедет, мы окажем ему подобающий прием.

— Итак, окончательной даты визита президента Путина в Израиль?

— Во всяком случае, у меня нет права об этом говорить…

— Клаузиц сказал, что война – это продолжение дипломатии иными средствами. Вы являетесь одним из самых опытных израильских дипломатов. Что вы думаете по поводу Ирана – исчерпали ли себя в данном случае дипломатические средства или еще есть шанс добиться с их помощью желаемого результата?

— Наша позиция по Ирану также предельно ясна: нельзя допустить, чтобы у Ирана появилась атомная бомба. Такой поворот событий поставит под угрозу уничтожения не только Израиль, но и другие страны Ближнего Востока, а по большому счету, и всего мира. Это, кстати, понимают практически все, включая арабские страны. Спор идет вокруг того, каким образом не допустить создания Ираном своей атомной бомбы. Наши требования были определены четко: необходимо добиться полного прекращения Ираном обогащения урана; собрать тот уран, который они успели обогатить в нарушение всех международных норм и актов; разрушить ядерные объекты, чтобы сделать невозможным процесс обогащения Ирана в будущем и наладить жесткую международную инспекцию за выполнением всех этих требований. На меньшее мы не можем согласиться по ряду причин. Во-первых, потому, что если разрешить Ирану обогащать уран до определенного уровня, то это позволит им с легкостью обмануть мировую общественность и выйти за рамки разрешения. Это как с беременностью — нельзя быть наполовину беременной. Либо ты обогащаешь уран, либо нет. Во-вторых, сама иранская ядерная программа представляет собой нарушение всех международных законов и обязательств, которые Иран подписал, а также четырех постановлений Совета безопасности по его ядерной программе. Таким образом, крайне важно понять следующее: международное сообщество не ведет переговоров с Ираном, поскольку с преступником не ведут переговоры о том, может ли он продолжать совершать преступления или нет. Мир предъявляет Ирану конкретные требования и настаивает, чтобы он их выполнил.

— Можно ли, на ваш взгляд, добиться выполнения этих требований дипломатическими средствами или они уже исчерпаны?

— Следует понять — Иран сейчас находится на пороге хаоса; полного крушения как экономики, так и общества и политической структуры. Каким бы ни было руководство Ирана, оно не может этого не понимать. И именно ослабление Ирана внушает надежду на то, что он подчинится требованиям мирового сообщества. Решающий раунд разговора (именно разговора, призыва к ответу, а никак не переговоров!) с Ираном, видимо, состоится в Москве. Давайте дождемся июня. Но если давление на Иран в Москве окажется безрезультатным, мы будем считать, что перед нами открыты все опции. Любое решение будет меньшим злом по сравнению с той ситуацией, которая возникнет в случае появления у Ирана ядерного оружия.

— В последнюю неделю в турецких СМИ появилась информация о том, что прокуратура Турции уже передала в суд обвинительные заключения против бывшего руководства израильской армии в связи с инцидентом на «Мави-Мармара». Эти же СМИ утверждают, что прокуратура требует для израильских генералов 18 000 лет тюремного заключения. Намерен ли МИД Израиля как-то отреагировать на эти сообщения?

— Прежде всего, ни МИД Израиля, ни наше посольство в Турции не получило пока никаких требований со стороны правоохранительных органов или каких-либо других структур этой страны. Все, что мы пока знаем, мы знаем из газет, а газетам, извините, доверять нельзя. Поэтому никакой официальной реакции пока не последовало. В то же время, если это правда, то это более чем серьезно. У Турции нет никаких оснований и никакой правовой базы для проведения такого суда; речь идет исключительно о политической акции с целью нанести ущерб имиджу Израиля. Разумеется, мы не смиримся с подобным развитием событий. Безусловно, мы сумеем обеспечить неприкосновенность наших военнослужащих запаса и дадим попыткам привлечь их к суду надежный отпор. Но я почти уверен, что Турция не пойдет на такой шаг, так как, повторю, у него нет никакой правовой основы. Штурм «Мави-Мармара» и действия на этом судне израильских военнослужащих находились в полном соответствии с международным морским правом, и это однозначно подтвердила комиссия ООН во главе с Дж. Пальмером. С юридической точки зрения мы здесь полностью защищены, так что попытка Турции провести подобный процесс будет отвергнута мировым сообществом.

— Существует ли, на ваш взгляд, шанс на нормализацию израильско-турецких отношений в ближайшем будущем?

— Ответ на этот вопрос сейчас находится не у нас, а у турок. Мы все, что было можно с нашей стороны, сделали. Я думаю, что такой шанс существует, так как по большому счету обе стороны заинтересованы в такой нормализации. Кроме того, Турция как член НАТО испытывает давление со стороны этой организации, требующей от нее наладить отношения с Израилем.

— Скажите, вы не чувствуете свою личную ответственность за ухудшение отношений с Турцией? Ведь именно после того, как вы прилюдно унизили посла Турции, турецко-израильские отношения были испорчены окончательно…

— Ничего подобного! Наши отношения с Турцией стали стремительно ухудшаться в 2008 году, когда турецкий премьер Эрдоган публично унизил на конференции в Давосе нашего президента Шимона Переса. Со мной это никак не было связано. Когда, чтобы защитить наших детей, мы вынуждены были провести в Газе операцию «Литой свинец», турки открыто перешли на антиизраильские позиции и стали снимать откровенно лживые антисемитские сериалы вроде «Волчьей долины». И это опять лично со мной никак не связано.

— Так чувствуете ли вы все-таки личную ответственность за ухудшение отношений с Турцией или нет?

— Ухудшение отношений Турции с Израилем – это лишь часть общей картины ухудшения ее отношений с Западом в целом. Вспомните, что еще в 2003 году турки не дали западной коалиции использовать свое воздушное пространство для удара по Ираку. Вспомните, что Турция полтора года назад отказалась поддержать санкции против Ирана. Вспомните последние турецкие угрозы в адрес Кипра. Таким образом «турецкая проблема» на самом деле гораздо шире, чем вам видится из своего кабинета в Тель-Авиве.

— И все же я повторю свой вопрос: неужели вы совершенно не сожалеете о своем поступке по отношению к послу Турции в Израиле?

— Унижать кого бы то ни было – не в моем характере. Когда я понял, что мое поведение был воспринято послом как личное оскорбление, у меня не было никакой проблемы позвонить ему, чтобы принести извинения и написать письмо с извинениями, в котором я объяснил, что ни в коем случае не хотел его обидеть лично. Но требования Турции принести извинения за действия наших солдата и офицеров на «Мави-Мармара», когда мы были в своем праве и наткнулись на яростное сопротивление со стороны находившихся на судне… исламских активистов для нас неприемлемы и не будут приемлемы никогда.

Петр Люкимсон, Израиль.

Об этом сегодня сообщает Военное обозрение.

Литовские водители несколько суток не могут попасть в Россию
Литовские водители несколько суток не могут попасть в Россию Аналогичные проблемы у литовских перевозчиков возникают на российской границе в Латвии.


  • Турция,
  • ИРАН,
  • Грузия,
  • Сторона,
  • Отношение
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: