Украинская армия в Ираке: как все было на самом деле

Данная статья была опубликована на сайте www.

legionetrangere.ru и касается 6-й отдельной механизированной бригады в Ираке. Администрация сайта не во всем поддерживает мнение автора. Материал публикуется с незначительным редактированием. Стилистика автора сохранена.

Все, написанное в этой статье, абсолютная правда, которую я наблюдал своими глазами. В большинстве нижеописанных ситуаций я принимал участие лично. Поэтому я не разделяю многочисленных эйфорийных высказываний наших политиков по поводу того, как хорошо показали себя украинские миротворцы в Ираке. Целью данной статьи продемонстрировать истинное состояние ВС Украины, дабы наконец хоть кто-то наверху понял, что мы катимся в яму, где нас не ждет ничего хорошего. И если немедленно не заняться преобразованием наших вооруженных сил и изменением программы боевой подготовки, то мы вообще останемся без армии с толпой дворников и строителей в камуфляже. Самая главная проблема нашей армии это очковтирательство. Что бы начать бороться с недостатками сначала нужно их увидеть и признать. А не прятать их, как у нас принято, и спокойнее для офицерских карьер. На войне эти превратившиеся в систему недостатки закончились трагически.

Товарищам из моего взвода, таким офицерам как Дольф, Уокер, Беркут, которые еще не забыли, зачем они носят офицерские погоны, а также светлой памяти погибших по вине тупорылого командования посвящается…

Украинская армия в Ираке: как все было на самом деле

Все имена и радиопозывные, приведенные здесь, подлинные, эти люди узнают себя.

Решение поехать на войну созрело у меня давно. На гражданке я изнывал от скуки, работая охранником в одной из частных фирм, и срочку вспоминал с некоторой ностальгией. Я уже начал было собирать манатки в Чечню (как раз закон приняли), но тут в высших политических кругах Украины созрело решение о необходимости отправки военного контингента в Ирак для участия в «Стабилизационной операции». Я подписал контракт не задумываясь, в надежде, что в Ираке я столкнусь с настоящей работой для солдата, про которую давно забыли в вооруженных силах невоюющей страны.

Подготовка

Мне, как и многим другим предстояло пройти трехмесячный курс переподготовки на базе воинской части А0501 (Башкировка, Чугуевский район) где формировался 61-отдельный батальон 6-й бригады, который должен был отправиться в Ирак в феврале 2004 года. Рассказ о нашем тренинге мог бы занять несколько страниц, но мне хотелось бы выделить суть.

Структура батальона: 3 роты по пять взводов. 17 человек на двух БТРах – взвод. Во взводе два гранатометчика, два снайпера, 4 ПГ-25, 1 РПК и 1 ПКМ. Отдельно взвод связи, взвод технического обеспечения и управление батальона. Всего около 370 человек.

Впервые я ощутил, что нас пытаются подготовить как следует, но сразу бросился в глаза менталитет наших военнослужащих. Примерно как солдат так и офицеров абсолютно неадекватно оценивали сложившуюся в Ираке обстановку, они категорически отказывались признать что едут на войну. Поэтому занятия периодически херились. Были также и «фанаты» серьезно настроенные на предстоящую миссию. Как я в последствии убедился только на таких людей и можно рассчитывать при выполнении боевой задачи.

Плюсы: Нормальные условия для проведения занятий. Никаких хозяйственных либо строительных работ, даже в наряд по роте в последствии поставили срочников, что бы мы не отвлекались от занятий.

Приемлемый полигон и «миротворческий городок» для отработки задач по патрулированию, несению службы на блокпостах, КПП, охране важных объектов. Шесть фанерных домиков расположенных в правильном порядке весьма отдаленно напоминали настоящий населенный пункт, но позволяли отрабатывать самые элементарные задачи: продвижение патруля по улице, взаимодействие штурмовых групп, вход в помещение, прохождение дверных проемов и т.д.

Минусы: Есть в нашей армии термин максимально точно и емко обозначающий все недостатки нашей системы. Имя ему – «Армейский долбоебизм». Эта зараза пронизывающая насквозь вооруженные силы и нет от нее спасения. И порожден он другой главной проблемой нашей армии – имя которой «страсть к очковтирательству». Чем дальше, тем более очевидным становился тот факт, что слишком многие наши начальники вместо того, что бы сделать подготовку максимально емкой и насыщенной, всеми правдами и неправдами пытались создать ВИДИМОСТЬ такой подготовки, для вышестоящих начальников. Самостоятельные занятия по тактике часто херились как солдатами таки офицерами.

На занятиях по «миротворческой тактике» отрабатывалось несколько основных упражнений.
1.Пешее патрулирование в составе взвода, отделения с задержанием вооруженного человека, действия при попадании в засаду, при случайном боестолкновении или обстреле с дальней дистанции, отход под огнем.
2.Патруль на технике. С возможным обстрелом или нападением из засады.
3.Охрана особо важных объектов.
4.Зачистка либо патруль в населенном пункте.
5.Несение службы на блок-посту.
Все остальное отрабатывалось в рамках общевойсковой программы боевой подготовки.

Не скажу, что все было насмарку. Многие нюансы, которые мы отрабатывали, впоследствии пригодились. Но, как оказалось позже, все 80% того, что мы делали, оказалось на практике неприменимо и приходилось поступать совсем по-другому. В Ираке большему пришлось учиться заново. У нас не оказалось НИ ОДНОГО инструктора, который не то что был ранее в бою или хотя бы в зоне боевых действий, но хотя бы участвовал в миротворческой миссии, которых кстати немало на счету Вооруженных Сил Украины. Элементарные вопросы ставили наших командиров в тупик. Например: пешее патрулирование в составе отделения. На практике это выглядело следующим образом. Вся дистанция «патрулирования» составляла примерно сто метров. Отделение двигается по дороге двумя колонами в шахматном порядке дистанция между военнослужащими метров 15-20. В конце маршрута кто-то из своих игравших роль злого парня показывался на дороге с оружием в руках. Его укладывали лицом на землю и обыскивали. Дальше несколько вариантов. Спокойный арест. Или перестрелка с набежавшими друзьями «злого парня». Как правило «наши» нападавшие действовали с головы колонны и начинали обстрел. Что говорит Боевой устав о такой ситуации? Отделение должно развернуться в боевой порядок в линию лицом к противнику рассредоточится 100 метров по фронту, не менее 15 метров друг от друга и т.д. (БУ сухопутных войск, отделение в обороне п. 61). Это в поле. Про такую ситуацию в городе там вообще ничего не сказано. (Зато сказано в массе других пособий и наставлений, надо только найти и почитать). Но наши инструктора нам настойчиво вбивали в голову. С дороги не сходить! Вокруг Мины! Но не развернувшись огонь могут вести только двое передних. У остальных первая двойка в секторе огня.



Как же быть? Подхожу я с таким вопросом к замкомбата майору Бурлакову (командир взвода ничего внятного мне не ответил) и сразу вижу, что загнал его в тупик. И вообще у него лицо такое будто ему это нахрен не надо. И вообще никто не может ответить! Такая ситуация немного бредовая. Но так ли сложен ответ? Во-первых, нужно адекватно оценивать обстановку. Я не спорю, мин надо боятся. Но там же нет линии фронта как таковой. Ирак — страна пустынь. Где там ведутся боевые действия? В городах! И не в таких городах, как в Великую Отечественную, по которым проходит линия фронта. В городах люди живут, ходят на работу, на рынок, порой через толпы на протолкнешься, дети бегают, гоняют в футбол. Какие там к черту мины на обочинах? И вообще на узких городских улицах не развернешься в линию, нужна совсем другая тактика, и она описана (Яковлев Б.Н. «Разведка в городе», Симонян Р.Г., Еременко Ф.И. «Тактическая разведка», И. Хеймонт. «Тактическая разведка в современной войне», можно найти информацию в военных журналах «Солдат Удачи», «Братишка» и т.д). Короче, было бы желание. Или хотя бы чувство ответственности за людей, которых ты повезешь на войну! Все прочитанное должно быть осмыслено на предмет того, подходит ли это к твоей ситуации. Идешь в патруль по незнакомому маршруту — поинтересуйся минной обстановкой вокруг. Но я не о тактике сейчас говорю, а о подходе к делу.

Особенно коряво всегда проходили занятия в учебной деревне. При выдвижении к населенному пункту нас все время норовили послать на противника прямо в лоб, причем просто так без всяких там специальных установок. Хотя с обратной стороны стены всех домов были глухими, без окон, и выдвижение оттуда было бы сопряжено с гораздо меньшим риском нарваться на пулю. Я только несколько раз видел, как командир роты показывал бойцам как правильно, не подставляясь, вести огонь из-за угла дома, и с какой стороны лучше огибать здание. Но разве этим должен командир роты заниматься? Это должен быть уровень среднего сержанта. То, как проходили занятия, показывало вопиющий непрофессионализм и отсутствие элементарных военных знаний. Даже правильно стать у окна и то могут далеко не все. Ярко запомнился один эпизод как один из четвертого взвода бежал к одному из домов и внезапно, прямо из двери появился «боевик» с пулеметом ПКМ, и метров с четырех засадил ему очередь холостыми патронами прямо в живот. От неожиданности тот упал на задницу. «Убили» его очень натурально, у меня аж мороз по коже пошел. Но почему? Да потому, что двигался он прямо напротив двери, даже не пытаясь уйти в сторону. И никто не объяснял ему, что так делать не стоит. Таких «ляпов» тысячи, и никто не пытался с ними бороться, проводить какой-то анализ, что-то менять в тактике.

Я знал пару человек из спецподразделения «А» и хотел им предложить провести у нас пару показательных занятий по теме бой в городе, но моя идея не нашла отклика у нашего начальства. Подавляющее большинство занятий проходило по принципу «Сделать все эффектно, чтобы понравилось начальству». Практическая целесообразность, да и просто элементарный здравый смысл где-то на десятом месте. Приезжает телевидение — тут и холостых патронов дадут немеряно, и дымы и ракеты, а как никого нет, то хорошо если по десятку на брата, а то и вообще сосите фигу.

Огневая подготовка

Я был гранатометчиком. Хочу сразу сказать большое спасибо моим инструкторам старшим лейтенантам Дягтереву и Подгорному, которые вели у нас курсы. Они научили нас всему, чему знали, и теперь я могу сказать, что РПГ-7 я владею неплохо.

Но систему фиг поборешь. Первые недели две стрельб не было вообще. То гранат на складе нет, то придем на полигон, а поле не накрыто. Пару раз стреляли ПУСами, но от этой стрельбы толку. Потом в батальон зачастили проверки из вышестоящих штабов. Подход генералов мне нравился. Первый вопрос, который они задавали — сколько раз стрелял и какие упражнения? Они пропесочили всех в хвост и в гриву и нам, наконец, привезли гранаты. Стреляли мы строго как положено по наставлению — по белому квадрату из марли на деревянной раме. Сначала с дистанции 300 м. Короче, такая стрельба даже отдаленно не напоминает реальный бой. Но что самое хреновое, что мишень оказалась никудышная. Как только мы научились попадать, первые несколько выстрелов разваливали ее к чертовой матери и остальные стрелки либо жгли гранаты «куда-то туда», либо ждали, пока починят мишень. Если днем еще можно было как-то прицелиться, то ночью это был просто перевод выстрелов. Стрельбищная команда не успевает эту мишень ремонтировать, да и вообще ремонт дело долгое, а на дворе мороз, зима. Пацаны с ноги на ногу прыгают, у всех сопли до пояса, и одна мысль – отстреляться бы быстрее, да в казарму. Хорошо еще что начальство не смотрит, да дело быстро идет. А если при начальстве, да все по правилам? О, тогда это вообще цирк. На что начальство смотрит? Учебные места «не менее пяти». Флажки красные, белые, не дай бог забыть — стрельбы не будет, тетрадь по мерам безопасности — не дай бог кто не расписался, но самое главное — нарукавные повязки у офицеров и конспекты. Вот что на первом месте. Такая стрельба «по уставу» растягивается втрое дольше обычного и выстрелить каждый успевает от силы по одному упражнению. А как можно было бы сделать? Группа большая — разбить надвое и сделать стрельбы не два раза в неделю, а четыре. На улице — минус 20, все вопросы (выверка, разборка-сборка, изготовка, теория), не касающиеся проведения практической стрельбы, отрабатывать в классе — не хер людей морозить, не в Арктику готовимся. Пришли на полигон, отстрелялись — ушли. На следующий день поменялись группами. Мишень разваливается — на фиг ее, а на ее место остов какого-нибудь старого БТРа или БМП. По нему инертными гранатами можно годами стрелять и ни фига ему не будет. Да куда там! Есть расписание занятий, утвержденное командиром батальона, от него ни на шаг. Раз в конспекте указано занятие по огневой, место — полигон — значит там и разбирайте свои гранатометы и изготовку тоже там тренируйте. А всю списанную технику и вообще все железяки давно украли и на металлолом продали. Да, молодых офицеров командование само загоняет в такие рамки, что весь смысл боевой подготовки зачастую утрачивается. Они матерятся, но плетью обуха не перешибешь.

Пока были сборы гранатометчиков, совсем не уделялось времени упражнениям с АКС-74, да и в последствии специалисты (снайпера, пулеметчики КПВТ стреляли из АКС явно недостаточно). Во время подготовки за нами не были закреплены автоматы, и на занятия по тактике тоже приходилось таскать гранатометы, хотя смысла в этом я не видел и тогда, и тем более не вижу сейчас, после Ирака. Забегая вперед, скажу, что так и не выстрелил из РПГ ни разу за все время службы в Ираке, зато «Калаш» приходилось применять неоднократно. На войне у тебя всегда с собой автомат. Ты с ним спишь, ешь, ходишь на построение, и из него тебе придется стрелять в первую очередь, что-бы защитить себя и своих товарищей, а уже потом, если будешь жив, может быть ты найдешь себе цель и для РПГ. На тактику я всегда старался взять АКС и «холостился» с ним при каждой возможности. В последствии это мне сильно пригодилось.

Второе больное место — это пристрелка автоматов. К сожалению, нам не дали возможности пристрелять свое оружие ни во время подготовки, ни когда мы попали в Ирак. О результативности, а значит и целесообразности тренировки в стрельбе из автомата, который бьет в сторону с отклонением в полметра, я умолчу.

Тем не менее, трехмесячные тренировки позволили поднять индивидуальный уровень подготовки солдат до приемлемого, позволившего в последствии справиться с большинством поставленных задач. Например, наши снайпера Кекс и Макс безошибочно попадали в пятак со ста метров, и в головную мишень с пятиста. Водителя катались почти круглосуточно, пулеметчики КПВТ тоже вполне уверенно владели своими машинами, а гранатометчики могли поразить цель если не с первого, то со второго выстрела даже при сильном ветре. Но в боевом слаживании и тактике подразделений большую часть проблем так устранить и не удалось.

Война

14 февраля 2004 года. Отправка. В Ираке уже управление батальона и командиры рот принимают дела у наших предшественников. Приземляемся на аэродроме близ города Талил. Два «Апача» прикрывают посадку.

За бортом + 17. Прямо на взлетном поле мы получили бронежилеты, каски и оружие — автоматы АК-47 и АКМ иракского производства и по два рожка на брата. С этим оружием мы должны были добраться до главной базы украинской армии в Ираке расположенной в городе Аль-Кут. Там мы его сдали и взамен получили штатное.

Что бросилось в глаза в первые минуты пребывания в Ираке? Как мне тогда показалось – все совсем другое. Почва – в основном песок и глина, на севере каменистая. Другой воздух, гораздо суше и пахнет пылью, другие цвета доминируют — желтый, оранжевый, желто-серый налет имеет даже листва – на все садится всепроникающая пыль, деревья, – в основном финиковые пальмы, а также редкие разлапистые кусты и верблюжья колючка, хотя местами присутствуют сосны или какие-то их разновидности. Дома — одно двухэтажные местами каменные — из необожженного кирпича, тоже желтого цвета, местами глиняные. Нищета, везде полно мусора, вдоль маршрутов колон бегают оборванные дети с воплями «Mister give me Pepsi, give me water». Неопределенного возраста женщины в паранджах, лицемерные улыбки или откровенно озлобленные взгляды молодых мужчин, вот первые впечатления по дороге из Талила в Аль-Кут.

И еще запомнились дембеля – солдаты 5 бригады. Я впервые увидел их в аэропорту. Они сидели верхом на БТРах, готовясь сопровождать нашу колонну. Все запыленные, с таким же запыленным оружием в руках, потрепанная выгоревшая форма, загоревшие лица, уверенные с небольшой ехидцей взгляды. Все это выглядело так «по-киношному», что даже не воспринималось как реальность.

Вечер на базе «Дельта» (Аль-Кут) Абсолютный шок от посещения столовой. Меню как в ресторане: мясо, салаты, свежие фрукты, соки, мороженное, пирожные все в ассортименте и всего до отвала – бери не хочу. После тех помоев которыми нас кормили во время подготовки – просто праздник (на питание на одного солдата коалиции выделялось 20 баксов в день) Ни фига себе питается коалиция!!!

На РАО получили оружие. Я получил РПГ-7Н, 1ПН-58, 4 рожка патронов и автомат АКС-74У. Через три недели я сменил его на АКС.

Батареи к ночникам умерли еще за царя гороха, новых не выдали, я пытался приспособить запасенные из дому «кроны», но габариты, этих устройств и специфика наших действий предопределила им законное место под койкой в казарме. Мы пользовались американскими ночными очками.

Бронежилет «Корсар М3», несмотря на хорошие защитные свойства (кевлар держит пулю ПМ, в проекции стальных пластин держит бронебойную пулю из СВД), все же слишком тяжел. Когда поверх него одеваешь разгрузку с боезапасом, берешь гранаты, и ВОГи становишься немобильным, каждый раз когда спрыгиваешь с БТРа думаешь как бы ноги не поломать. Быстро упасть, перекатиться, забудьте — покалечитесь. Боезапас 4 рожка явно не достаточен для ведения боевых действий, поэтому каждый стремился разжиться дополнительными магазинами, гранатами и т.д, Причем если младшие офицеры относились к этому с одобрением, то высокое начальство дрючило попавшихся в хвост и гриву, и регулярно устраивало пересчеты боеприпасов стремясь понять сколько же левых патронов находиться у солдат.

На утро выехали на базу «Чарли» в город Аль-Хай, где предстояло нести службу. Задачи – контроль обстановки в городе, демонстрация присутствия, патрули, помощь местной полиции и роте IСDC обеспечение безопасности колонн в нашей зоне о

Археолог, обнаруживший "Титаник": Библейский потоп был на самом деле
Известный подводный исследователь полагает, что нашёл доказательства реальности произошедших событий.

Что на самом деле говорит Коран о насилии?
Варварские поступки мусульманских террористов вновь поднимают вопрос о месте насилия в исламе и его священном писании. Если религия создает насилие, человек формирует религию для его оправдания и регуляции.

Юдашкин: «Форма, в которой мерзнут в армии, не имеет ко мне отношения»
Известный кутюрье заявил, что Минобороны изменило проект разработанной им военной формы Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Мельников После того как новое руководство Минобороны задумало избавиться от «формы Юдашкина», кутюрье решил объявить, что не имеет к нынешней форме никакого отношения.

Юдашкин: «Форма, в которой мерзнут в армии, не имеет ко мне отношения» Читайте далее: http://izvestia.ru/news/540002#ixzz2CuxDgup6
Известный кутюрье заявил, что Минобороны изменило проект разработанной им военной формы Фото: ИЗВЕСТИЯ/Александр Мельников После того как новое руководство Минобороны задумало избавиться от «формы Юдашкина», кутюрье решил объявить, что не имеет к нынешней форме никакого отношения.


  • ИРАК,
  • Подготовка,
  • МЕТР,
  • Армия,
  • Последствие
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: