Что же ты с нами делаешь, Родина?

Бердская бригада спецназа ГРУ расформирована.

… Осталась память...



Про то, что бердскую бригаду спецназа расформировывают в ходе военной реформы, слухи пошли не так уж давно. И вдруг — новость: бердский спецназ прощается со знаменем! Бердчане и жители близлежащих регионов — костяк бердского спецназа, многим даже не верилось… Как же так, почему одна из наиболее боеспособных воинских частей Российской армии исчезает на глазах, да еще в такой спешке? Звоню друзьям-однополчанам, чтобы узнать подробности о реальной обстановке в бригаде, договариваюсь о встрече.

Мы сидим на кухне — на столе водка, огурчики, колбаса. Жена Палыча ушла 'от греха', и мы в квартире одни. Напротив меня — майор спецназа Петров, хозяин, мы зовем его Палычем, а сбоку — подполковник спецназа Репин, попросту Юрич (имена, фамилии и звания собеседников изменены, здесь и далее — примечания автора). Мы давно знакомы: с Палычем мы были на одной войне, и даже в одной операции вместе участвовали. А Юрич к нам на 'афганскую' не успел, но две 'чеченских' войны он прошел 'от' и 'до'. Повод для встречи невеселый:
— Ну что — неужели все? — спрашиваю я.
Офицеры молчат, и я не смотрю им в глаза — не могу себя заставить.
— Давай за нас, — говорит Палыч, и мы выпиваем.
Юрич машет рукой:
— Все, 1 декабря бригады не будет. Да ее уже нет фактически.
Оба офицера внешне подтянуты, собраны, крепыши — типичные спецназеры, но осознание факта, что их родной бердской бригады спецназа ГРУ больше нет, просто убивает их морально. И это видно слишком хорошо.
— А вместо вас — кто здесь будет? — спрашиваю я.
— Тыловая часть какая-то. Спецназ убрали, тыловиков поставили — боеспособность армии подпрыгнула до небес… — с горечью отвечает Репин.
— И что дальше? — продолжаю я, — Как с вами теперь поступят? Говорят, часть переведут в Забайкалье, в такую же бригаду.
— Ну, не буду выдавать военных тайн, — начал Палыч. — Скажу так: возьмем условно, что сейчас в бердской бригаде 100 офицеров, и в иркутской столько же. По планам военных реформаторов, в бердской бригаде должно остаться ноль офицеров, а в иркутской — 80. Вот и считай — сколько 'переведут'. А так — крутись как хочешь, ищи себе место сам, переходи в пехоту, в танкисты, во внутренние войска иди. Прапорщиков вообще уничтожают 'под корень' — как класс.

— Да-а..., — качаю я головой. — Дела-а…
— Угу, зашибись дела, управление-то наше вообще убирают, — подключается Юрич.
— Слышал я, да что-то не верится — как можно ГРУ (Главное разведуправление Российской армии) убрать вообще? — недоверчиво произношу я. — Они что там, вообще с дуба рухнули? В августе 2008 группа спецназа трехтысячную грузинскую бригаду разогнала в Сенаки. Разведчики ВДВ подлетают к их базе на БМДэшках, а там 'спецы' наши уже шашлык едят — еще горячий! — доблестные грузинские рейнджеры побросали вместе с боевой техникой, и деру дали. ГРУ — это же стратегическое оружие, ГРУ и РВСН делают Россию мировой державой!
— Державой… Сейчас все на деньги переводят. Кризис, бабло экономят, без ГРУ ж такая экономия попрет! Корабельников (начальник ГРУ) начал возмущаться, и где он сейчас?
— Сняли, — говорю я.
— Правильно. Командующий ВДВ Евтухович — где? Там же, в отставке. Кто начинает возмущаться — всех снимают, отправляют в отставку.
В бердской бригаде шесть Героев России, — это уже подполковник Репин. — Мы — лучшая часть спецназа ГРУ, и нас 'под нож'? Да еще первыми? Забыли, как на спецназе две чеченских войны вытащили, а на афганской — кто результат давал малыми потерями? Пехота, что ли?
— В Бамуте укрепрайон пехота штурмовала — сколько пацанов в бестолковых атаках легло! — Юрич жмурится и качает головой, разливая водку. — Потом отряд 'псковичей' подошел (псковская бригада спецназа ГРУ), спрашивают обстановку. Пехотный командир:
— Да вот, засели в ракетных шахтах — не можем выкурить никак.
— Подождите, мы обучены в ракетных шахтах действовать, — говорит 'спец'. Провели разведку, проникли внутрь через вентиляционные каналы, изнутри всех 'бородатых' из бесшумного оружия перебили — и ни одной потери.

— А Гитлер — что, такой тупой был, что полез на нас? — уходит подальше в прошлое Палыч. — Знал, что Сталин командиров перебил столько, что капитанов на дивизии ставили. Потому и полез, и устроили нам лето 41-го года. И перли до Сталинграда, пока новые кадры у нас не выросли на войне. Как набрались опыта и мастерства, тогда и мы их поперли. Что, на Курской дуге, у нас преимущество было в силах? Да не было никакого серьезного преимущества, даже отставание было сильное по танкам. У них 'Тигры', 'Фердинанды', 'Пантеры'. У нас 'тридцатьчетверки' с короткоствольными 76-мм пушками, которые их броню не брали.
— Ты Сталина не трожь, — бурчит Юрич. — У нас вообще царей нельзя трогать. Они у нас… эти, как их…
— Богопомазанники, — подсказываю я.
— Во-во, неприкасаемые.

А Чечня откуда взялась? — продолжает Петров. — Знали, что армии нет фактически — развалил ее Ельцин, как и Союз. Вот и обнаглели, и начали русских резать, как свиней, целыми семьями, квартиры захватывать и имущество, рабов русских держать, торговать рабами. Наши спохватились — что делать? Давай, армия, вперед! А генералы отказываются один за другим: знают, что воевать-то некому — опытные кадры давно на 'гражданке'. Воробьев, Громов отказались. Один взялся, который из 'двухгодичников', из гражданского вуза. Ну и 'орлов' в глаженых 'хромачах' из 'арбатского военного округа' поналетело, которым солдатская кровь — что водица:
— Давай, давай вперед!
А теперь все знают эти три слова: новогодний штурм Грозного…

Офицеры замолчали. Слишком тяжелы были воспоминания о тех новогодних днях. Бердскую бригаду бросали (как, впрочем, и других спецназовцев) на выполнение несвойственных им задач: штурм зданий, вытаскивание раненых, помощь пехотным подразделениям, в составе которых были одни малообученные вчерашние школьники, да необстрелянные лейтенанты, многие без военного образования. Когда боевики зажали на ж\д вокзале Грозного сводный отряд двух пехотных частей — Майкопской бригады и 81-го полка — группу бердского спецназа бросили им на помощь. Чтобы хоть комбрига майкопского спасти. Спецназовцы Игорь Лелюх и Дмитрий Ерофеев продирались сквозь сплошной огонь несколько кварталов, и погибли перед самым вокзалом. Посмертно стали Героями России.
Мы вспоминаем героев спецназа: тех, кого знает вся страна, и тех, кого знает два десятка человек. Вспоминаем победы в больших и малых войнах. Вспоминаем, как рота бердского спецназа полтора суток вела бой против 600 боевиков, которые выдвигались к Гудермесу с целью захвата города: на 8 погибших наших бойцов пришлось около 150 трупов противника. Терминологическая эквилибристика у нас не в почете, мы не говорим 'птичьим' языком: 'оказание интернациональной помощи братскому народу', 'контртеррористическая операция', 'разоружение незаконных вооруженных формирований', 'принуждение к миру'. Мы говорим проще — война. Для Петрова и Репина — это работа, которую они делают хорошо. А сколько надо времени, чтобы вырастить хорошего бойца спецназа? Отобрать его по многим параметрам — физическим и психологическим, обучить выполнять боевую задачу на незнакомой местности, скрытно проникать на тщательно охраняемые стратегические объекты, вести бой в окружении превосходящих сил противника, с ограниченным запасом воды, еды и боеприпасов, и при этом выйти победителем. Годы… А грамотного командира спецназа?

Нынешний министр обороны А.Э.Сердюков, трудившийся всю жизнь на ниве мебельной торговли и сбора налогов, видимо, рассуждает так: спецназ, пехота, танкисты — они все куда-то там стреляют. Вот и пусть переходят из одного рода войск в другой по мере необходимости — какая им разница. Это примерно то же самое, как квалифицированному токарю, который специализируется на изготовлении высокоточных изделий, сказать:
— Слушай, у нас тут реформа идет, токарей нам столько не нужно уже. Давай-ка на растворный узел — бетонщиком. А какая разница: у тебя там что-то крутится, и у них тоже крутится. Вот и работай.

— Что я теперь Олегу Куянову скажу? — распаляется Палыч. — Приду к нему на могилу, и скажу, мол, все, Олег Викторович, Герой Российской Федерации, нет больше нашей бригады! Ее выпускник торгового института, наш теперешний министр обороны Сердюков разогнал! А он мне с фотографии, глазами:
— Как же так, Палыч, я же вам сказал тогда под Серноводском: уходите, я прикрою. Я остался — один против трехсот, и уничтожил 38 из своей снайперки, пока меня гранатами не забросали, а потом из автоматов изрешетили и голову мне отрезали. Я же умер за спецназ и за Россию! Как же так?!

Мы с Репиным молчим. За окном идет обычная жизнь, в которой теперь нет места спецназу. Он появится снова, когда придет нужда. А она придет — рано или поздно. И опять будет большая кровь, а потом тяжелая победа. Все повторится…

Как там Юра Шевчук поет:
— Родина… К сволочи доверчива, ну, а к нам…

Об этом сообщает сегодня Военное обозрение.

Как современная Литвы вышла из мундира КГБ? Ч.2
История рождения постсоветской Литвы, настоящая, а не «написанная победителями», до сих пор остается загадкой.

Сколько россиян участвует в боях против войск Асада, и что Россия будет с ними делать?
Федеральная служба безопасности практически с самого начала сирийского конфликта заявляла о том, что на стороне антиправительственных сил в Сирии могут воевать и российские граждане.

Ну что же ты, студент!
Президент Украины Петр Порошенко во время одного из редких походов «в народ» попал в неприятную ситуацию.


  • Спецназ,
  • ГР,
  • ЮРИЧ,
  • Павел,
  • Армия
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (4) RSS свернуть / развернуть
+
0
ну и на куй он нужен то, спецназ ГРУ, смешно прям, при каждом управлении свой спецназ, бред полный
avatar

holli

  • 22 апреля 2012, 08:22
+
0
Просто спецназ ничего не понимает в военных реформах.Диме с Вовой лучше знать кого расформировывать, а кого плодить.
avatar

NNONTERAMO

  • 22 апреля 2012, 08:25
+
0
может хватит спецназа МВД?)
avatar

holli

  • 22 апреля 2012, 08:30
+
0
они ещё в 2009г со знаменем попрощались. к чем сейчас эти завывания?
avatar

lm20-lm20

  • 22 апреля 2012, 08:50

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: