А. Шаравин: Путин не понимает - у нас до сих пор Советская армия

Кандидат в президенты РФ рассказал, как возродить Вооруженные силы

В понедельник, 20 февраля, вышла очередная программная статья кандидата в президенты Владимира Путина «Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России».


В ней нынешний премьер отталкивается от тезиса, что только мощная армия может быть твердой основой для уверенного экономического, социального и политического развития страны.

«Мир меняется. Идущие в нем процессы глобальной трансформации таят в себе риски самого разного, зачастую непредсказуемого характера. В условиях мировых экономических и прочих потрясений всегда есть соблазн решить свои проблемы за чужой счет, путем силового давления. Не случайно уже сегодня раздаются голоса, что, мол, скоро «объективно» встанет вопрос о том, что национальный суверенитет не должен распространяться на ресурсы глобального значения. Вот таких даже гипотетических возможностей в отношении России быть не должно. Это значит — мы никого не должны вводить в искушение своей слабостью», — начинает Путин.

Чтобы необходимость огромных расходов на армию никому не казалась чрезмерной, премьер продолжает: «На наших глазах вспыхивают всё новые региональные и локальные войны. Возникают зоны нестабильности и искусственно подогреваемого, управляемого хаоса. Причём прослеживаются целенаправленные попытки спровоцировать такие конфликты в непосредственной близости от границ России и наших союзников. Мы видим, как девальвировались и разрушались базовые принципы международного права. Особенно в сфере международной безопасности».

По мнению Путина, «потенциал развития прежней военной структуры, доставшейся нам от СССР, полностью исчерпан… Выход был только один — строить Новую Армию. Армию современного типа — мобильную, находящуюся в состоянии постоянной боевой готовности».

Выводы, утверждает автор, сделаны. На сегодняшний день «в Сухопутных войсках развернуто более 100 общевойсковых и специальных бригад. Это полноценные боевые соединения, укомплектованные кадрами и техникой. Норматив их подъёма по тревоге — один час. Переброска на потенциальный театр боевых действий – сутки».

«В Военно-воздушных силах созданы 7 крупных авиационных баз с мощной инфраструктурой. Модернизируется аэродромная сеть. За последние 4 года — впервые за 20 лет — капитально отремонтировано 28 аэродромов. В текущем году планируются работы еще на 12 военных аэродромах… Доля современных ракетных комплексов наземного базирования за последние четыре года уже возросла с 13 до 25 процентов. Будет продолжено переоснащение ещё 10 ракетных полков стратегическими комплексами «Тополь-М» и «Ярс». В Дальней авиации полностью сохранен парк стратегических ракетоносцев Ту-160 и Ту-95мс, идут работы по их модернизации… На дежурство заступают подводные стратегические ракетоносцы нового проекта «Борей».

Развертывание американцами ПРО ставит перед Россией еще одну стратегическую цель – обеспечение способности наших ядерных ракетных комплексов «преодолевать любую систему противоракетной обороны и защитить российский ответный потенциал». Для этого «В предстоящее десятилетие в войска поступит более 400 современных межконтинентальных баллистических ракет наземного и морского базирования, 8 ракетных подводных крейсеров стратегического назначения, около 20 многоцелевых подводных лодок, более 50 боевых надводных кораблей, около 100 космических аппаратов военного назначения, более 600 современных самолетов, включая истребители пятого поколения, свыше тысячи вертолетов, 28 полковых комплектов зенитных ракетных систем С-400, 38 дивизионных комплектов зенитно-ракетных комплексов «Витязь», 10 бригадных комплектов ракетного комплекса «Искандер-М», свыше 2 тысяч 300 современных танков, около 2 тысяч самоходных артиллерийских комплексов и орудий, а также более 17 тысяч единиц военной автомобильной техники».

Наконец, об оборонно-промышленном комплексе России. С одной стороны, Путин подчеркивает, что «ставку в перевооружении Армии мы будем делать именно на российский ОПК и нашу научную базу», но одновременно «недопустимо, чтобы Армия стала рынком сбыта для морально устаревших образцов вооружений, технологий и НИОКРов, причём оплаченных за государственный счёт». Поэтому премьером допускаются «точечные» закупки образцов иностранной техники.

О том, насколько реалистичны оценки и планы премьера, «Свободная пресса» спросила директора Института политического и военного анализа Александра Шаравина:

– На мой взгляд, эта статья является самой глубокой, профессиональной из всего, что писал и говорил по вопросам обороны Владимир Путин. В ней серьезный анализ того, что происходило в нашей стране за последние 20 лет. Сделан правильный вывод, что новой России нужна новая армия, чего мы никогда прежде не слышали. Также верно, что нужен серьезный аналитический аппарат или структура, которая бы занималась прогнозированием и стратегическим планированием в сфере безопасности на десятилетия вперед. Это правильно, потому что то, что у нас происходило за последние годы, очень часто организовывалось «на коленке» — об этом говорил сам начальник Генштаба.

Еще важно то, что Путин попытался найти какие-то компромиссные варианты для организации взаимодействия между Вооруженными Силами и оборонной промышленностью. Он понимает, что нужно снять барьеры, которые существуют между ОПК и экономикой в целом. Они мешают осуществлять переток высоких технологий из «оборонки» в сферу остальной экономики. И в этом случае мы несем большие финансовые потери. У американцев, израильтян, тайваньцев деньги, вложенные в оборону, дают многократно умноженный эффект, позволяющий хорошо развивать экономику всей страны. А у нас этого никогда не было.

«СП»: — Каковы недостатки статьи?

– Некоторый скепсис вызывает обещание удовлетворить интересы и военных, и «оборонки». Они часто расходятся. «Оборонка» хотела бы продать то, что есть, и дорого, а военные хотели бы купить то, что нужно, и подешевле. Это противоречие существует во всем мире, и разрешить его всегда очень сложно.

Но коренной недостаток статьи в другом. Путин сказал, что нам нужна новая армия. Но что такое «новая армия», объяснить не смог. Ограничился внешними признаками: новая техника и вооружение, новая структура, новое управление, новая система обеспечения и социальная система. Но это не главное. Главное – должно измениться отношение к человеку в погонах со стороны общества, государства. Должны возникнуть новые военно-служебные отношения внутри самой армии. У нас все еще человек в погонах – винтик. И неважно — рядовой или генерал.

«СП»: — Как это поменять?

– Должен быть коренным образом изменен порядок выдвижения офицеров на вышестоящие должности, должна быть изменена роль офицерских собраний и много других принципиальных вещей. В этом сама идеология армии, а она у нас пока прежняя.

«СП»: — Реально ли выполнить данные в статье обещания по перевооружению?

– Эти цифры являются ориентировочными, потому что дать прогноз того, что случится, на 10 лет вперед просто невозможно. Так или иначе, будут корректировки оборонного заказа и это мировая практика. Что касается 400 баллистических ракет, здесь то же самое. Возможно, их понадобится даже большее количество. На модернизацию нашего ОПК отводится 3 триллиона рублей. Это предполагает как модернизацию имеющихся мощностей, так и строительство новых заводов.

Комментарий президента Академии геополитических проблем, генерал-полковника Леонида Ивашова.

«СП»: — Леонид Григорьевич, успели прочитать статью Путина?

— Пробежал.

«СП»: — Как впечатление?

— Это первая системная, концептуальная работа в области национальной обороны России за последние двадцать лет. Она базируется на серьезном геополитическом анализе и принципах стратегического планирования безопасности страны. Впечатляет, что у Путина появилось осознание опасности, что без решительного укрепления обороноспособности государства мы можем потерять все. Что Запад нам не друг и не партнер, а, скорее, противник. Что только на ядерное оружие больше надеяться нельзя.

То есть понимание всего этого комплекса проблем у кандидата в президенты есть. А вот как все это реализовать на практике, такой ясности, видимо, нет.

«СП»: — Вам не кажется, что кое-какие из поставленных в статье ВВП задач выглядят откровенно утопично? Скажем, за десятилетие произвести и поставить на боевое дежурство 400 новых межконтинентальных баллистических ракет. Сегодня наш единственный завод в Воткинске клепает их со скоростью что-то около восьми штук в год.

— До десятка.

«СП»: — Пусть так. За десятилетие больше сотни никак не получается. Надо или еще три таких завода построить или резко нарастить возможности Воткинска. Как это вам?

— 400 ракет – это концептуальный подход. Столько их по расчетам стране необходимо. А как сделать столько – такой ясности нет не только у Путина.

«СП»: — Почему вам так кажется?

— Я имел встречу с Путиным в январе.

«СП»: — С глазу на глаз или на каком-то совещании?

— Один на один говорили. Как я и предполагал, премьер-министр многое не знал. Ему подсовывали и, очевидно, подсовывают другую информацию.

«СП»: — Чего, например, не знал Путин?

— Многого. Не знал, например, что выпускники наших технических вузов на оборонных предприятиях получают зарплату в пределах 6 тысяч рублей. Не знал о тотальном воровстве в сфере гособоронзаказа.

«СП»: — Масштабы которого главный военный прокурор Фридинский недавно назвал «космическими». В статье, которую мы обсуждаем, ВВП предлагает приравнивать такие факты к государственной измене. Вроде – абсолютно верно. Но что мешает? Ведь о судебных процессах с приговорами по такой статье что-то не слышно.

— Мешают люди. С какими кадрами Путин собирается реализовывать свои замыслы в сфере укрепления обороны – совершенно неясно. С теми, которые все довели до развала? Не получится.

«СП»: — Кстати, о кадрах. В статье премьер подводит определенные итоги военной реформы «по Сердюкову». Причем, оценивает сделанное исключительно в положительном ключе. Логично предположить, что роль министра обороны в его глазах тоже не выглядит разрушительно. Значит ли это, что руководство военного ведомства ВВП после вероятной своей победы на президентских выборах менять не собирается?

— Что Путин сейчас думает по этому поводу – мы не знаем. Менять или не менять Сердюкова – это не его компетенция сегодня. Министр обороны – сфера компетенции президента. То есть, — пока Медведева. Хотя, конечно, Путин в состоянии влиять на этот вопрос. Но понятно, что Сердюкова с поста министра нужно гнать. Как и генерала Макарова с поста начальника Генштаба. Без этого ничего из правильных мыслей, изложенных в статье, реализовать не удастся.

Об этом пишет сегодня Военное обозрение.

Кто ведет российскую систему образования в пропасть, или Почему у нас до сих пор нет единых учебников?
Думаю, что именно сейчас, наконец-то, стало очевидно, в какую глубочайшую пропасть завели всю систему среднего и высшего образования наши доморощенные социал-дарвинисты, а по сути либерал-фашисты, начиная с небезызвестного господина А.

Ан. Миранчук: сердце у меня до сих пор лежит к «Локомотиву»
Российский полузащитник «Локомотива» Антон Миранчук, на правах аренды выступающий за «Левадию», рассказал о переходе в чемпионат Эстонии и желании вернуться в «Локомотив».

«Пора говорить о мобилизационной, а не о рыночной экономике»
Надо смотреть, как это делалось раньше, и копировать 18 сентября на заседании Госсовета Владимир Путин потребовал совершить экономический рывок в реальном секторе за полтора-два года.

Президент Казахстана: У нас народ не приучен возвращать кредиты
Нурсултан Назарбаев на встрече с национальными инвесторами заметил, что часто государство закрывает глава на долги крупного бизнеса в сфере сельского хозяйства.


  • Путин,
  • Оборона,
  • Статья,
  • Ракета,
  • Комплекс
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (1) RSS свернуть / развернуть
+
0
молодца Монарх, двух зайцев сразу убил)
avatar

holli

  • 21 февраля 2012, 11:55

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: