Бронетехника раздора Генштаб и вице-премьер РФ разошлись по вопросу о военных закупках Конфликт между Министерством обороны России и военно-промышленным комплексом 14 февраля 2012 года перешел на новый уровень. В спор включились начальник Генерального штаба Вооруженных сил России Николай Макаров и куратор ОПК вице-премьер Дмитрий Рогозин. Суть их словесной эквилибристики свелась фактически к двум утверждениям: макаровскому «военные не станут покупать старье, которое вы продаете» и рогозинскому «будете воевать, на чем вам скажут». Эффектность конфликта усугубили сообщения о намерении правительства сократить расходы на «оборонку» и «силовиков». Подготовка По всей видимости, Министерство обороны России еще с 2011 года целенаправленно готовило общественное мнение к возможным сокращениям объемов покупки российской бронетехники и вооружений. Началось все с главнокомандующего Сухопутными войсками России генерал-полковника Александра Постникова, заявившего в марте 2011 года, что «те образцы оружия, которые производит промышленность, в том числе бронетанковое вооружение, артиллерия и стрелковое, по своим параметрам не соответствуют образцам НАТО и даже Китая». В качестве примера своим словам Постников привел российский танк Т-90, который «на самом деле является 17-й модификацией советского Т-72», выпускавшегося с 1973 года. При этом, по словам главкома Сухопутных войск, стоимость одного такого танка составляет 118 миллионов рублей за штуку. «Нам проще было бы купить за эти деньги три 'Леопарда'», — погорячился главком. Позднее Минобороны прояснило это высказывание: оказывается, стоимость модернизации танков Т-72, самой распространенной машины в войсках, до уровня Т-90 в три-четыре раза меньше стоимости самого Т-90. По этой причине военные будут модернизировать Т-72 и не будут покупать Т-90. Правда, при чем тут немецкий «Леопард», так и осталось загадкой. Merkava MK4 С аналогичными высказываниями в середине 2011 года на арене появлялся и генерал-армии в отставке Владимир Поповкин, занимавший тогда должность первого заместителя министра обороны России. В ноябре к кампании против российской техники подключился начальник Генерального штаба Вооруженных сил России генерал армии Николай Макаров. Суть его высказываний также свелась к тому, что некоторые образцы российских вооружений и военной техники по своим тактико-техническим характеристикам далеки от наиболее удачных зарубежных аналогов. При этом Макаров сравнил между собой российский Т-90 и израильский танк Merkava MK4, а также американскую ракетно-артиллерийскую систему HIMARS и реактивную систему залпового огня «Смерч». Положительную оценку получили иностранные образцы. В оборонно-промышленном комплексе тогда возмущались, но на фоне самих высказываний военных это возмущение как-то терялось. При этом никаким образом не высказывался тогдашний куратор ОПК Сергей Иванов, который, по идее, должен был выступить арбитром в спорах «оборонщиков» и военных. Молчание в высших эшелонах власти в декабре 2011 года прервал премьер-министр России Владимир Путин, заявивший, что он считает «неприемлемыми высказывания высших чинов Минобороны и Генштаба РФ, когда они подвергают сомнению качество наших вооружений, поскольку это наносит ущерб внешнеэкономической деятельности в сфере военно-технического сотрудничества». Заметного ущерба ВТС, вероятно, нанесено не было. Во всяком случае, в прошлом году «Рособоронэкспорту» удалось продать Алжиру и Туркмении в общей сложности 150 танков Т-90С, ставших основным предметом критики российских военных. Тем не менее, некоторые эксперты после высказывания Путина предположили, что в противостояние «оборонщиков» и военных напрямую вмешается власть; делались прогнозы о скорых массовых отставках больших военных чинов. Но все более или менее обошлось мирно; несколько высокопоставленных офицеров, конечно, отправили в отставку, но не из-за некорректных высказываний в адрес российской техники, а из-за неэффективного исполнения гособоронзаказа. Николай Егорович Главным калибром Министерство обороны России грянуло 14 февраля 2012 года — согласно высказыванию начальника Генштаба ВС РФ, закупка бронетехники для Сухопутных войск не будет производиться в течение ближайших пяти лет. «У нас сложная ситуация с сухопутными войсками. Мы остановились с закупками бронетехники и дали конструкторам пять лет на разработку новых видов военной техники», — заявил Макаров. По его словам, современные разработки российского ОПК военных удовлетворяют не полностью, а некоторые — и вовсе не удовлетворяют. В качестве первого примера пошел все тот же многострадальный танк Т-90. Николай Макаров Выяснилось, что Минобороны России не имеет претензий к башне этого основного боевого танка, но в целом машина военных не устраивает. Во-первых, весь экипаж танка должен быть защищен и размещаться в корпусе машины. Во-вторых, танк должен иметь автоматическую трансмиссию. В-третьих, есть еще ряд недоработок общего характера. При этом Макаров заявил, что российский ОПК традиционно уделял внимание огневой мощи, подвижности и маневренности, отодвигая заботу о жизни людей на второй план. По этой причине защищенность отечественной техники низка; «любой подрыв маленькой мины ведет к тому, что погибает весь экипаж». Это же касается и бронетранспортеров, и боевых машин пехоты и десанта, и любых других образцов российской военной техники. «БМД-4 — это версия БМП-3, никакой защиты, опять все наверху, а стоит она дороже танка. Мы на эту машину как не смотрели, так и не смотрим», — рассказал начальник Генштаба. Не стали военные смотреть и на БТР-90. По словам генерального директора «Военно-промышленной компании» Дмитрия Галкина, основной причиной отказа от покупки этого бронетранспортера стали изменившиеся взгляды на способы ведения вооруженной борьбы, «в том числе и задачи, которые стали возлагаться на такие боевые машины, как БТР». Разрекламированный «Тигр», разработка «Военно-промышленной компании», также не устраивает военных из-за своей малой защищенности. И по этой причине Минобороны решило закупить опытную партию итальянских броневиков Iveco LMV M65 Lynx, названных в российских войсках «Рысью» и способных, по оценке военных, выдерживать подрыв фугаса под днищем. В перспективе производство таких машин развернут в Воронеже; до 2020 года Вооруженные силы получат 1775 «Рысей» на 30 миллиардов рублей. Но по заявлениям самих «оборонщиков», отсталость российской техники если и есть в каких-то областях, связана в первую очередь с неумением Минобороны России четко формулировать требования и раскошеливаться на разработки. По словам генерального директора «Уралвагонзавода» Олега Сиенко, разработка танка Т-90 велась без финансирования со стороны Министерства обороны. В конце прошлого года источник в оборонно-промышленном комплексе России рассказал «Ленте.ру», что Минобороны России в настоящее время предъявляет к промышленности повышенные требования по характеристикам продукции. При этом, ОПК, долгое время получавший заказы по устаревшим нормам и стандартам, все же может предложить военным современную продукцию, лишь незначительно отстающую от импортных образцов. Дмитрий Олегович На этот раз критика российских военных в адрес продукции военного назначения не осталась без внимания. За «оборонщиков» вступился вице-премьер России Дмитрий Рогозин, по совместительству курирующий ОПК. В ответ на высказывание Макарова Рогозин написал в своем твиттере: «Если у НГШ (начальник Генерального штаба — примечание „Ленты.ру“) есть претензии к танкам или к иной технике, он может высказывать их в профессиональной среде нашим конструкторам и промышленникам. Не стоит нашим военачальникам вести спор с военной наукой и промышленностью с помощью СМИ. Есть масса иных способов решать вопросы». Дмитрий Рогозин «НГШ — не единственный, кто принимает решения о закупках вооружений и военной техники. Армия и флот будут перевооружаться планово», — резюмировал Рогозин. И если предыдущее высказывание вице-премьера прозвучало браво, то это последнее, честно говоря, выглядит страшилкой и не более. Дело в том, что в 2011 году Министерство обороны России провело реструктуризацию системы гособоронзаказа, отведя главную роль в формировании списка желаемых покупок именно Генеральному штабу. Источник в военном ведомстве заявил газете «Коммерсантъ»: «Все заказывающие органы из состава видов, родов, главных и центральных управлений были исключены». Таким образом, окончательное решение о закупках может принимать Генштаб, а утверждать это решение — только Минобороны, в подчинении которого штаб и находится. Тем не менее, Рогозин решил соответствовать своей новой должности. Назначая бывшего представителя России при НАТО вице-премьером и куратором ОПК, президент Дмитрий Медведев выразил надежду, что в лице Рогозина «оборонка» приобретет «энергичного и современного менеджера». Как и положено «энергичному и современному», Рогозин недавно решил выступить арбитром между военными и «оборонщиками», предложив создать специальную лабораторию, в которой бы производились сравнительные испытания различных образцов вооружения иностранного и российского производства. При этом, утверждал Рогозин, лаборатория должна ориентироваться в первую очередь на защиту интересов российского ОПК. И если конкурентоспособность российской военной продукции лаборатории, возможно, доказать и удастся, то подтвердить оправданность высоких цен на бронетехнику ей будет сложнее. Министерство обороны России, получившее в 2011 году 20 триллионов рублей на десять лет вперед, стало внимательнее относиться к деньгам. (Если, конечно, не принимать во внимание тот факт, что ущерб от коррупции в российской армии в 2011 году, по данным Военной прокуратуры, превысил три миллиарда рублей.) Во всяком случае, Минобороны долгое время не могло заключить с производителями контракты в рамках гособоронзаказа-2011 именно из-за несогласия с ценами. И поводы для сомнений у военных, конечно, были. В конце января 2012 года Федеральная служба по оборонному заказу («Рособоронзаказ») обнародовала итоги проведенных проверок предприятий, ответственных за выполнение гособоронзаказа в 2011 году. В общей сложности были проведены 257 проверок, по результатам которых ведомство обнаружило экономические нарушения на сумму в 25 миллиардов рублей при финансировании гособоронзаказа в размере 870 миллиардов рублей. Наиболее распространенными нарушениями стали завышение стоимости и объемов выполненных работ. При сравнении данных Военной прокуратуры и «Рособоронзаказа» получается, что сильнее всех бюджет «накололи» именно «оборонщики». По завету Кудрина Наиболее логичным в настоящее время все же выглядит высказывание Макарова о приостановке закупки бронетехники. Такая «пауза» вписывается в проект обновления «Стратегии 2020», рассматриваемый правительством России в настоящее время. 14 февраля 2012 года газета «Ведомости» написала, что проектом предполагается сокращение расходов на силовые ведомства, национальную оборону, безопасность, правоохранительные органы и госпрограммы вооружений на 2011-2020 годы. Общий размер сокращений может составить до 700 миллиардов рублей в год до 2020 года. Высвобожденные таким образом деньги планируется потратить на увеличение финансирования транспортной системы, образования и здравоохранения. Самым любопытным в этой истории является то, что еще во время обсуждения, а затем принятия госпрограммы вооружений против значительных расходов на оборонку высказывался Алексей Кудрин, занимавший тогда пост министра финансов России. Считается, что именно по этой причине он был отправлен в отставку. Теперь же наиболее жесткую позицию в вопросе сокращения военных расходов снова занимает Министерство финансов — ведомство предложило снизить расходы на госпрограмму вооружений и правоохранительные органы на 1,2 процента ВВП. «Тигр» Впрочем, информацию «Ведомостей» Рогозин опроверг. «Если бы это была правда, я бы об этом знал», — написал Рогозин в твиттере по поводу возможных сокращений средств, выделяемых на оборону. В целом, снижение военных расходов в ближайшие пять лет как раз возможно обеспечить, приостановив закупки военной техники. Логика Генерального штаба в этом плане вполне понятна. Воевать с малыми государствами, как, например, с Грузией в августе 2008 года, можно и имеющейся устаревшей техникой. Крупных конфликтов в ближайшие пять лет не предвидится, а к тому времени ожидается поступление на вооружение новых более качественных образцов военной продукции. В частности, в интересах Министерства обороны ведется разработка универсальной платформы «Армата», на базе которой будет создан и новый танк. Кроме того, ведутся работы по созданию новых боевых машины пехоты, стрелкового оружия, ракет и самолетов. Учитывая, что на вооружении Сухопутных войск России стоят около 20 тысяч различных танков, почти 14 тысяч боевых машин пехоты, около десяти тысяч бронетранспортеров и почти пять тысяч бронеавтомобилей, закупка дополнительных единиц почти такой же техники представляется роскошью. В этом случае, действительно, дешевле модернизировать имеющуюся технику, обеспечивая предприятия заказами, и ждать завершения разработки новых образцов. Впрочем, часть перечисленных выше машин в войсках нуждаются уже не в капитальном ремонте и модернизации, а в списании и утилизации. Правда, учитывая, что само производство в России значительно устарело, при паузе в закупках Минобороны рискует вообще не выполнить госпрограмму вооружений. Этот документ предусматривает ежегодную порционную покупку военной техники вплоть до 2020 года. В случае, если Минобороны возьмет паузу, колоссальный объем заказов на новую технику обрушится на ОПК во вторую пятилетку реализации госпрограммы, и «оборонщики» могут с ними просто не справиться. Об этом, в частности, заявлял и Кудрин, предлагавший растянуть исполнение госпрограммы не на десять лет, как сейчас, а на 15. В любом случае, все последние публичные заявления Министерства обороны и Генерального штаба свидетельствуют о растущем расколе между военными и «оборонщиками». И если раньше военное ведомство предпочитало не выносить сор из избы, то теперь генералы публично ругают технику и ОПК на чем свет стоит. В первую очередь, чтобы оказать давление на «оборонщиков». Об этом пишет сегодня Военное обозрение . Техник, Минобороны, Рогозин, Оборона, Рубль

Бронетехника раздора

Генштаб и вице-премьер РФ разошлись по вопросу о военных закупках


Конфликт между Министерством обороны России и военно-промышленным комплексом 14 февраля 2012 года перешел на новый уровень.


В спор включились начальник Генерального штаба Вооруженных сил России Николай Макаров и куратор ОПК вице-премьер Дмитрий Рогозин. Суть их словесной эквилибристики свелась фактически к двум утверждениям: макаровскому «военные не станут покупать старье, которое вы продаете» и рогозинскому «будете воевать, на чем вам скажут». Эффектность конфликта усугубили сообщения о намерении правительства сократить расходы на «оборонку» и «силовиков».

Подготовка
По всей видимости, Министерство обороны России еще с 2011 года целенаправленно готовило общественное мнение к возможным сокращениям объемов покупки российской бронетехники и вооружений. Началось все с главнокомандующего Сухопутными войсками России генерал-полковника Александра Постникова, заявившего в марте 2011 года, что «те образцы оружия, которые производит промышленность, в том числе бронетанковое вооружение, артиллерия и стрелковое, по своим параметрам не соответствуют образцам НАТО и даже Китая».

В качестве примера своим словам Постников привел российский танк Т-90, который «на самом деле является 17-й модификацией советского Т-72», выпускавшегося с 1973 года. При этом, по словам главкома Сухопутных войск, стоимость одного такого танка составляет 118 миллионов рублей за штуку. «Нам проще было бы купить за эти деньги три 'Леопарда'», — погорячился главком. Позднее Минобороны прояснило это высказывание: оказывается, стоимость модернизации танков Т-72, самой распространенной машины в войсках, до уровня Т-90 в три-четыре раза меньше стоимости самого Т-90. По этой причине военные будут модернизировать Т-72 и не будут покупать Т-90. Правда, при чем тут немецкий «Леопард», так и осталось загадкой.

Merkava MK4

С аналогичными высказываниями в середине 2011 года на арене появлялся и генерал-армии в отставке Владимир Поповкин, занимавший тогда должность первого заместителя министра обороны России. В ноябре к кампании против российской техники подключился начальник Генерального штаба Вооруженных сил России генерал армии Николай Макаров. Суть его высказываний также свелась к тому, что некоторые образцы российских вооружений и военной техники по своим тактико-техническим характеристикам далеки от наиболее удачных зарубежных аналогов. При этом Макаров сравнил между собой российский Т-90 и израильский танк Merkava MK4, а также американскую ракетно-артиллерийскую систему HIMARS и реактивную систему залпового огня «Смерч». Положительную оценку получили иностранные образцы.

В оборонно-промышленном комплексе тогда возмущались, но на фоне самих высказываний военных это возмущение как-то терялось. При этом никаким образом не высказывался тогдашний куратор ОПК Сергей Иванов, который, по идее, должен был выступить арбитром в спорах «оборонщиков» и военных. Молчание в высших эшелонах власти в декабре 2011 года прервал премьер-министр России Владимир Путин, заявивший, что он считает «неприемлемыми высказывания высших чинов Минобороны и Генштаба РФ, когда они подвергают сомнению качество наших вооружений, поскольку это наносит ущерб внешнеэкономической деятельности в сфере военно-технического сотрудничества».

Заметного ущерба ВТС, вероятно, нанесено не было. Во всяком случае, в прошлом году «Рособоронэкспорту» удалось продать Алжиру и Туркмении в общей сложности 150 танков Т-90С, ставших основным предметом критики российских военных. Тем не менее, некоторые эксперты после высказывания Путина предположили, что в противостояние «оборонщиков» и военных напрямую вмешается власть; делались прогнозы о скорых массовых отставках больших военных чинов. Но все более или менее обошлось мирно; несколько высокопоставленных офицеров, конечно, отправили в отставку, но не из-за некорректных высказываний в адрес российской техники, а из-за неэффективного исполнения гособоронзаказа.

Николай Егорович
Главным калибром Министерство обороны России грянуло 14 февраля 2012 года — согласно высказыванию начальника Генштаба ВС РФ, закупка бронетехники для Сухопутных войск не будет производиться в течение ближайших пяти лет. «У нас сложная ситуация с сухопутными войсками. Мы остановились с закупками бронетехники и дали конструкторам пять лет на разработку новых видов военной техники», — заявил Макаров. По его словам, современные разработки российского ОПК военных удовлетворяют не полностью, а некоторые — и вовсе не удовлетворяют. В качестве первого примера пошел все тот же многострадальный танк Т-90.

Николай Макаров
Выяснилось, что Минобороны России не имеет претензий к башне этого основного боевого танка, но в целом машина военных не устраивает. Во-первых, весь экипаж танка должен быть защищен и размещаться в корпусе машины. Во-вторых, танк должен иметь автоматическую трансмиссию. В-третьих, есть еще ряд недоработок общего характера. При этом Макаров заявил, что российский ОПК традиционно уделял внимание огневой мощи, подвижности и маневренности, отодвигая заботу о жизни людей на второй план. По этой причине защищенность отечественной техники низка; «любой подрыв маленькой мины ведет к тому, что погибает весь экипаж».

Это же касается и бронетранспортеров, и боевых машин пехоты и десанта, и любых других образцов российской военной техники. «БМД-4 — это версия БМП-3, никакой защиты, опять все наверху, а стоит она дороже танка. Мы на эту машину как не смотрели, так и не смотрим», — рассказал начальник Генштаба. Не стали военные смотреть и на БТР-90. По словам генерального директора «Военно-промышленной компании» Дмитрия Галкина, основной причиной отказа от покупки этого бронетранспортера стали изменившиеся взгляды на способы ведения вооруженной борьбы, «в том числе и задачи, которые стали возлагаться на такие боевые машины, как БТР».

Разрекламированный «Тигр», разработка «Военно-промышленной компании», также не устраивает военных из-за своей малой защищенности. И по этой причине Минобороны решило закупить опытную партию итальянских броневиков Iveco LMV M65 Lynx, названных в российских войсках «Рысью» и способных, по оценке военных, выдерживать подрыв фугаса под днищем. В перспективе производство таких машин развернут в Воронеже; до 2020 года Вооруженные силы получат 1775 «Рысей» на 30 миллиардов рублей. Но по заявлениям самих «оборонщиков», отсталость российской техники если и есть в каких-то областях, связана в первую очередь с неумением Минобороны России четко формулировать требования и раскошеливаться на разработки.

По словам генерального директора «Уралвагонзавода» Олега Сиенко, разработка танка Т-90 велась без финансирования со стороны Министерства обороны. В конце прошлого года источник в оборонно-промышленном комплексе России рассказал «Ленте.ру», что Минобороны России в настоящее время предъявляет к промышленности повышенные требования по характеристикам продукции. При этом, ОПК, долгое время получавший заказы по устаревшим нормам и стандартам, все же может предложить военным современную продукцию, лишь незначительно отстающую от импортных образцов.

Дмитрий Олегович
На этот раз критика российских военных в адрес продукции военного назначения не осталась без внимания. За «оборонщиков» вступился вице-премьер России Дмитрий Рогозин, по совместительству курирующий ОПК. В ответ на высказывание Макарова Рогозин написал в своем твиттере: «Если у НГШ (начальник Генерального штаба — примечание „Ленты.ру“) есть претензии к танкам или к иной технике, он может высказывать их в профессиональной среде нашим конструкторам и промышленникам. Не стоит нашим военачальникам вести спор с военной наукой и промышленностью с помощью СМИ. Есть масса иных способов решать вопросы».

Дмитрий Рогозин
«НГШ — не единственный, кто принимает решения о закупках вооружений и военной техники. Армия и флот будут перевооружаться планово», — резюмировал Рогозин. И если предыдущее высказывание вице-премьера прозвучало браво, то это последнее, честно говоря, выглядит страшилкой и не более. Дело в том, что в 2011 году Министерство обороны России провело реструктуризацию системы гособоронзаказа, отведя главную роль в формировании списка желаемых покупок именно Генеральному штабу. Источник в военном ведомстве заявил газете «Коммерсантъ»: «Все заказывающие органы из состава видов, родов, главных и центральных управлений были исключены». Таким образом, окончательное решение о закупках может принимать Генштаб, а утверждать это решение — только Минобороны, в подчинении которого штаб и находится.

Тем не менее, Рогозин решил соответствовать своей новой должности. Назначая бывшего представителя России при НАТО вице-премьером и куратором ОПК, президент Дмитрий Медведев выразил надежду, что в лице Рогозина «оборонка» приобретет «энергичного и современного менеджера». Как и положено «энергичному и современному», Рогозин недавно решил выступить арбитром между военными и «оборонщиками», предложив создать специальную лабораторию, в которой бы производились сравнительные испытания различных образцов вооружения иностранного и российского производства. При этом, утверждал Рогозин, лаборатория должна ориентироваться в первую очередь на защиту интересов российского ОПК.

И если конкурентоспособность российской военной продукции лаборатории, возможно, доказать и удастся, то подтвердить оправданность высоких цен на бронетехнику ей будет сложнее. Министерство обороны России, получившее в 2011 году 20 триллионов рублей на десять лет вперед, стало внимательнее относиться к деньгам. (Если, конечно, не принимать во внимание тот факт, что ущерб от коррупции в российской армии в 2011 году, по данным Военной прокуратуры, превысил три миллиарда рублей.) Во всяком случае, Минобороны долгое время не могло заключить с производителями контракты в рамках гособоронзаказа-2011 именно из-за несогласия с ценами. И поводы для сомнений у военных, конечно, были.

В конце января 2012 года Федеральная служба по оборонному заказу («Рособоронзаказ») обнародовала итоги проведенных проверок предприятий, ответственных за выполнение гособоронзаказа в 2011 году. В общей сложности были проведены 257 проверок, по результатам которых ведомство обнаружило экономические нарушения на сумму в 25 миллиардов рублей при финансировании гособоронзаказа в размере 870 миллиардов рублей. Наиболее распространенными нарушениями стали завышение стоимости и объемов выполненных работ. При сравнении данных Военной прокуратуры и «Рособоронзаказа» получается, что сильнее всех бюджет «накололи» именно «оборонщики».

По завету Кудрина
Наиболее логичным в настоящее время все же выглядит высказывание Макарова о приостановке закупки бронетехники. Такая «пауза» вписывается в проект обновления «Стратегии 2020», рассматриваемый правительством России в настоящее время. 14 февраля 2012 года газета «Ведомости» написала, что проектом предполагается сокращение расходов на силовые ведомства, национальную оборону, безопасность, правоохранительные органы и госпрограммы вооружений на 2011-2020 годы. Общий размер сокращений может составить до 700 миллиардов рублей в год до 2020 года. Высвобожденные таким образом деньги планируется потратить на увеличение финансирования транспортной системы, образования и здравоохранения.

Самым любопытным в этой истории является то, что еще во время обсуждения, а затем принятия госпрограммы вооружений против значительных расходов на оборонку высказывался Алексей Кудрин, занимавший тогда пост министра финансов России. Считается, что именно по этой причине он был отправлен в отставку. Теперь же наиболее жесткую позицию в вопросе сокращения военных расходов снова занимает Министерство финансов — ведомство предложило снизить расходы на госпрограмму вооружений и правоохранительные органы на 1,2 процента ВВП.

«Тигр»

Впрочем, информацию «Ведомостей» Рогозин опроверг. «Если бы это была правда, я бы об этом знал», — написал Рогозин в твиттере по поводу возможных сокращений средств, выделяемых на оборону.

В целом, снижение военных расходов в ближайшие пять лет как раз возможно обеспечить, приостановив закупки военной техники. Логика Генерального штаба в этом плане вполне понятна. Воевать с малыми государствами, как, например, с Грузией в августе 2008 года, можно и имеющейся устаревшей техникой. Крупных конфликтов в ближайшие пять лет не предвидится, а к тому времени ожидается поступление на вооружение новых более качественных образцов военной продукции. В частности, в интересах Министерства обороны ведется разработка универсальной платформы «Армата», на базе которой будет создан и новый танк. Кроме того, ведутся работы по созданию новых боевых машины пехоты, стрелкового оружия, ракет и самолетов.

Учитывая, что на вооружении Сухопутных войск России стоят около 20 тысяч различных танков, почти 14 тысяч боевых машин пехоты, около десяти тысяч бронетранспортеров и почти пять тысяч бронеавтомобилей, закупка дополнительных единиц почти такой же техники представляется роскошью. В этом случае, действительно, дешевле модернизировать имеющуюся технику, обеспечивая предприятия заказами, и ждать завершения разработки новых образцов. Впрочем, часть перечисленных выше машин в войсках нуждаются уже не в капитальном ремонте и модернизации, а в списании и утилизации.

Правда, учитывая, что само производство в России значительно устарело, при паузе в закупках Минобороны рискует вообще не выполнить госпрограмму вооружений. Этот документ предусматривает ежегодную порционную покупку военной техники вплоть до 2020 года. В случае, если Минобороны возьмет паузу, колоссальный объем заказов на новую технику обрушится на ОПК во вторую пятилетку реализации госпрограммы, и «оборонщики» могут с ними просто не справиться. Об этом, в частности, заявлял и Кудрин, предлагавший растянуть исполнение госпрограммы не на десять лет, как сейчас, а на 15.

В любом случае, все последние публичные заявления Министерства обороны и Генерального штаба свидетельствуют о растущем расколе между военными и «оборонщиками». И если раньше военное ведомство предпочитало не выносить сор из избы, то теперь генералы публично ругают технику и ОПК на чем свет стоит. В первую очередь, чтобы оказать давление на «оборонщиков».

Об этом пишет сегодня Военное обозрение.

"Идут на мы..." В порту Бремерхафена (Германия) прошла разгрузка натовской бронетехники
В социальных сетях появились подтверждения прибытия в немецкий порт Бремерхафен бронетехники, которую НАТО планирует разместить в Польше и странах Балтии.


  • Техник,
  • Минобороны,
  • Рогозин,
  • Оборона,
  • Рубль
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (2) RSS свернуть / развернуть
+
0
www.warandpeace.ru/ru/commentaries/view/64208/ И этим всё сказано.Интересно только когда Путин энд коммандос хотят Рашку Америке слить.Когда оборонку добьют?
avatar

NNONTERAMO

  • 16 февраля 2012, 11:42
+
0
вроде ж Минобороны хотят убрать с закупок военной техники или как?
avatar

holli

  • 16 февраля 2012, 11:47

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: