Зарядка зрителя от сети

Зарядка зрителя от сетиУченый Анна Качкаева и телеобозреватель Юлия Ларина беседуют о феномене объединения телевидения и социальных сетей Телевидение и социальные сети стремительно объединяются, создавая совершенно новое телеявление В этой сети напряжение, конечно, не 220 вольт, но тоже довольно высокое — там идут…

В этой сети напряжение, конечно, не 220 вольт, но тоже довольно высокое — там идут ожесточенные споры, порой доходящие до конфликтов. Если телевизоры страны по-прежнему подключены к электрической сети, то многие зрители уже подключены к социальной. В социальных сетях обсуждается то, что показывается по ТВ. Причем часто — одновременно с телетрансляцией.
Понятно, что на Западе это явление более развитое и массовое, хотя бы потому, что там больше, чем в России, интернет-пользователей. И там явление уже исследовано. Так, например, в Германии, по данным интернет-опроса, проведенного каналами ARD и ZDF, 43 процента немецких пользователей имеют свой профиль в соцсетях и треть из них (31 процент) обмениваются в сетях мнением об увиденном по телевизору. А 80 процентов зрителей до 25 лет смотрят спортивные программы и одновременно обсуждают их с друзьями в Facebook.
По данным австралийских аналитиков в области телекоммуникаций из компании Ovum, 38 процентов зрителей обсуждают увиденное по ТВ в социальных сетях. Среди пользователей в возрасте от 16 до 23 лет это число возрастает до 59 процентов.
Одно из недавних западных исследований затронуло и Россию. Ericsson ConsumerLab провела 13 тысяч интервью в 13 странах, включая нашу. Более 40 процентов опрошенных отметили, что во время просмотра ТВ продолжают общаться в соцсетях — с помощью смартфонов или планшетов.
О новом явлении обозреватель «Огонька» поговорила с деканом факультета медиакоммуникаций Высшей школы экономики Анной Качкаевой, на страничке которой в Facebook бурно обсуждается то, что показывает отечественное телевидение.
— Как часто вы смотрите телевизор и параллельно обсуждаете в соцсети увиденное?
— Почти всегда. Особенно, если это касается прямых эфиров. У меня было несколько случаев, когда я начинала обсуждение, описывала первые кадры, а потом мне нужно было уходить. Дальше я в дороге дочитывала комментарии, которыми моя страничка наполнялась в мое отсутствие. Я уже не видела то, что показывается по телевизору, но видела на своем iPhone отражение показанного в комментариях на Facebook.
Приведем недавний пример. КВН по случаю юбилея игры начался 13 октября в 18 часов. Через 6  минут появилась запись Анны Качкаевой: «На Первом начался юбилейный вечер КВН. 50 лет. В первом же кадре — в зале ВВ». Объясним, что ВВ — это Путин. Через 5 минут появился первый отклик. И дальше с разницей в несколько минут сыпались комментарии разных людей вроде: «Он же там уже не в первый раз))) Тут все логично. Грамотное решение. Диме не дали туда, видать, пойти. Хотя ему бы вроде там органичнее быть»; «ВВ на КВН — как это предсказуемо в предвыборный период! Теперь в феврале завалится „в гости“. Как пить дать». Обсуждалось, как реагирует премьер, как шутят кавээнщики. Последняя реплика оставлена в  21:01, через минуту после окончания игры.
— Ваш случай, конечно, не рядовой, потому что у вас ТВ обсуждают не обычные зрители, а, по большей части, профессионалы в сфере телевидения. Но этот случай стоит взять для примера, поскольку механизм обсуждения не зависит от того, профессионален зритель или нет. Зато комментарии и оценки на вашей страничке могут иметь большее влияние на телепроизводителей, чем споры обычных зрителей. Кто из известных тележурналистов участвует в обсуждениях в социальных сетях в открытом доступе?
— Там довольно много журналистов НТВ: Екатерина Гордеева, Павел Лобков, Николай Картозия… С государственных каналов — меньше людей. Я знаю, что в Facebook есть продюсеры и редакторы ВГТРК, но они никогда не оставляют комментариев и не участвуют в дискуссиях. Первый канал чуть активнее. Из известных журналистов, например, в соцсетях присутствуют Борис Берман, Алим Юсупов. А страница Владимира Познера на Facebook, где выкладываются программы, интервью и идет их обсуждение, не имеет к нему никакого отношения. Я специально спросила его об этом, а потом написала на той страничке, что Познер ее не ведет, но это не помешало 4 тысячам человек продолжать там общаться.
Понятно, что темы для обсуждения профессионалов телевидения могут не совпадать с темами, на которые оставляют комментарии в соцсетях обычные зрители. Вышеупомянутое исследование Ericsson ConsumerLab показало, что обсуждение в сетях особенно характерно для реалити-шоу и спортивных передач. Они наполняют просмотр шоу новым смыслом. «Телезрителям становится веселее и интереснее смотреть „эти ужасные“ реалити-шоу, выступления „бездарных“ и „безвкусно одетых“ исполнителей или радоваться голу, забитому любимой командой, если есть возможность тут же обсудить это в социальных сетях»,— объяснил представитель компании Андерс Эрландссон.
— Судя по обсуждениям в соцсетях, обычные интернет-пользователи (не профессионалы в сфере ТВ) в своем выборе телепрограмм оказываются нисколько не лучше зрителей, не пользующихся интернетом. Просто у них есть возможность объединиться с кем-то в Сети по интересам.
— Да, и они объединяются, потому что телевидение, с одной стороны, разъединяет ближних, а с другой — объединяет миллионы дальних. Еще лет 50 назад была высказана мысль о том, что телевидение разъединяет семью: члены семьи собираются не за обеденным столом, где могли бы общаться между собой, а сидят у телевизора. Теперь же они вообще сидят не у одного телевизора. Кто-то из них все еще у телевизора, кто-то у компьютера, а кто-то с планшетником. Люди, находящиеся в одной квартире, могут в один момент смотреть программы и обсуждать их не между собой, а в разных сообществах в интернете. Сети, соединяя крепче и быстрее по индивидуальным интересам, тем не менее не могут, как телевидение, верстать «общую повестку дня» для народов и государства, но, уже очевидно, могут на нее влиять.
— На Западе пишут, что публика, обсуждающая телевидение в интернете,— мечта медиаисследователей. Прежде никогда не было возможности получать такую подробную информацию, что люди думают о передаче, что побуждает их включить программу или переключиться на другую.
— Это действительно так. По тому, что мы смотрим, можно теперь определить социальный статус. В этом смысле очень показателен фильм Андрея Звягинцева «Елена». Главная героиня Елена смотрит Первый канал. Трижды в разных эпизодах мы, не видя экрана телевизора, слышим звуковую дорожку программ Андрея Малахова, «Жди меня» и «Контрольной закупки». Ее муж, посмотрев платный спортивный канал, в дорогой машине переключает радиостанции, чуть задерживаясь на классических композициях. Сын и внук Елены замирают у экрана с джойстиком игровой приставки. Этот фильм впервые в нашем современном кино так буквально характеризует героев с точки зрения медиапотребления.
Телевидение вовсю пытается расширить число зрителей за счет интернет-пользователей, выкладывая свои сюжеты и программы в интернет, открывая странички каналов в социальных сетях. И оно настроено решительно. Гендиректор Первого канала Константин Эрнст в своем нашумевшем выступлении в Канне на международном телерынке в октябре сказал: «Мы будем вынуждены, как специальные силы, настигать наших зрителей везде, где бы они ни находились (в том числе и с помощью интернета, который телевидению не нужно копировать — его нужно просто использовать)».
— Социальные сети начали бить по телевидению его же продуктом: в них выкладываются программы, не показанные на каналах. Как, к примеру, «Нереальная политика» на НТВ или сюжет о похищениях и пытках в Чечне из программы «Центральное телевидение», который был показан только на Дальний Восток…
— Более того, без социальных сетей не стали бы известны две главные речи о телевидении, прозвучавшие с разницей в год: речь Леонида Парфенова на вручении премии Владислава Листьева и речь Константина Эрнста в Канне. Парфенов говорил о драматическом разрыве в информационной повестке дня между телевидением и интернетом, Эрнст — о разнице между цифровым и аналоговым потребителем, признавая, что, скорее всего, телевидению придется делать два типа контента. Первая речь шла в интернет-трансляции Первого канала и была тут же выложена в YouTube, а оттуда разошлась по социальным сетям. А фрагмент второй речи, выложенный в интернет, вызвал бурную реакцию пользователей социальных сетей и Первому каналу пришлось опубликовать ее в «Коммерсанте».
— То, что обсуждение в блогах влияет на телевидение, стало понятно еще года три назад, когда зрители, критиковавшие героев или содержание культовых сериалов вроде Lost, оказывали влияние на изменение сценария следующих серий. Вы чувствуете, что тоже на что-то влияете?
— Что касается Запада, то там вообще традиция обсуждать медиа и предъявлять претензии им гораздо более развита, чем в России. Там есть комитеты заинтересованных зрителей, комитеты родителей против телевидения. У нас ничего этого нет. И социальные сети, конечно, могут способствовать объединению зрителей. Что касается профессионального телесообщества в соцсетях, то я знаю несколько случаев, когда журналист с именем и репутацией как частное лицо на своей странице в Facebook, «Живом журнале» или Twitter публиковал некое высказывание или комментарий и они вызывали абсолютно такую же реакцию сообщества или упоминаемых в высказывании людей, как если бы это была публикация в традиционных медиа, когда люди обижаются, требуют опровержения, настаивают на публикации своей точки зрения. Кроме того, в соцсетях среди профессионалов периодически вспыхивают бурные дискуссии: что можно, что нельзя, где продажность, где непродажность. Такая рефлексия заставляет людей проговаривать: зачем ты в профессии, что ты делаешь, что хочешь делать дальше, насколько ты себя соотносишь с корпорацией. Этот разговор, как мне кажется, не бесполезен.
***
Надо заметить, что наряду с соцсетями обсуждение телепроектов идет в форумах на сайтах телеканалов, сайтах программ и сериалов… Просто в этом случае пользователям кто-то другой создает площадки для дискуссий о телевидении, а в случае с соцсетями они сами выступают инициаторами создания сообществ по интересам.
Телевидение и социальные сети объединяются и технически: на плоских приборах, где ТВ и содержимое интернета, в том числе соцсетей, представлены на одном экране. Телевидение, конечно, никуда не исчезнет. Но уже трудно будет объяснить следующему поколению, почему телевизор называют «ящиком».
Источник: www.kommersant.ru

Энергоблок Запорожской АЭС отключен от сети
Третий энергоблок Запорожской атомной электростанции отключен от сети для проведения ремонта воздушного выключателя, сообщила пресс-служба компании «Энергоатом».

Третий энергоблок Ровенской АЭС отключен от сети на ремонт
КИЕВ, 27 мар — РИА Новости. Третий энергоблок Ровенской АЭС отключен от сети для проведения текущего ремонта, сообщает в воскресенье Минэнерго Украины.

Четвертый энергоблок Кольской АЭС автоматически отключен от сети
Четвертый энергоблок Кольской АЭС во вторник был отключен от сети действием автоматики, радиационный фон остается без изменений, сообщает станция. «Причины отключения выясняются.

Первый энергоблок Запорожской ТЭС отключили от сети из-за задымления
КИЕВ, 11 янв — РИА Новости. Первый энергоблок Запорожской ТЭС на юго-востоке Украины отключили от сети из-за задымления в верхней части корпуса электрофильтра, сообщает пресс-служба украинской компании ДТЭК.


  • Зритель,
  • Телевидение,
  • СЕТЬ,
  • Программа,
  • Соцсеть
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: