Латвия не отказывается от средневековых приемов Гость в студии «Голоса России» — Александр Дюков, директор фонда «Историческая память». Интервью ведет Юлия Энгель. Энгель: У нас в гостях директор фонда «Историческая память» Александр Дюков. Мы говорим о ситуации в современной Латвии, где продолжается героизация людей, воевавших на стороне гитлеровской Германии. В детский сад спокойно могут прийти легионеры СС, шествия 16 марта не только разрешены, но и всячески поддерживаются властями. Гость в студии «Голоса России» — Александр Дюков, директор фонда «Историческая память». Интервью ведет Юлия Энгель. Энгель: У нас в гостях директор фонда «Историческая память» Александр Дюков. Мы говорим о ситуации в современной Латвии, где продолжается героизация людей, воевавших на стороне гитлеровской Германии. В детский сад спокойно могут прийти легионеры СС, шествия 16 марта не только разрешены, но и всячески поддерживаются властями. Человека могут ударить на улице за русскую речь. Слава Богу, сейчас это уже не так распространено, как в 1990-е годы, но раньше это было. Маленьким детям с детства внушают что-то про «русских оккупантов». Как с этим можно бороться? Дюков: Все-таки, слава Богу, деревни не горят, и в тюрьмах просоветские и пророссийские граждане не сидят, да и евреев не расстреливают. Так что ситуация по сравнению со Второй мировой войной несколько изменилась. Энгель: Это же звенья одной цепи. Евреев не расстреливают, но вспомним недавний митинг, который прошел 4 июля, где на одной площади стояли нацисты и те, кто пришел почтить память жертв геноцида против евреев. Не показывает ли эта ситуация лицо современной Латвии? В то же самое время министр обороны Артис Пабрикс призвал помнить о трагедии, сказал такую фразу: «Мы не должны делить своих граждан по этническим признакам. В первую очередь мы должны принимать людей как индивидуальность». А что они делают уже больше 20 лет? Дюков: В словах господина Пабрикса есть очень большая хитрость, которая, как правило, не прочитывается европейским слушателем. Европейский человек, депутат Европарламента или европейский журналист слушает эти слова Пабрикса и думает о том, как хорошо это звучит, что мы, дескать, не должны делить наших граждан по национальному признаку. Энгель: Звучит очень хорошо. Но если слова расходятся с действиями, что же? Какова цена этих слов? Дюков: Слова как раз не очень расходятся с действием. Пабрикс говорит о гражданах, а есть огромное количество неграждан. Энгель: Неграждан, то есть примерно 40 процентов населения страны, «нет», о них даже никто не говорит, они «не существуют»? Дюков: Они таким образом выводятся из общенационального консенсуса. Они вышвыриваются за его пределы. Их можно делить, в отличие от тех, кто является гражданами. Энгель: То есть они как бы не люди? Дюков: Не то что не люди, просто они исключены из национального политического консенсуса. Энгель: Удивительно, что во всем мире это действительно люди, которые не имеют гражданства. То есть если у них в паспортах написано «негражданин», в дословном переводе — «чужак Латвии», то во всем остальном мире это просто люди без гражданства. Если человек уедет в какую-нибудь другую страну, он будет просто человеком, не имеющим гражданства, совершенно бесправным. И люди, которые родились и выросли в стране, приравниваются к «оккупантам». Дюков: Это неосредневековый инструмент, который используется в политических целях. Мы знаем подоплеку массового негражданства, что в свое время это способствовало тому, что, допустим, перераспределение финансовых средств и участие в приватизации было возможно только при наличии гражданства. Люди, которые не имели гражданства, были лишены целого ряда экономических прав и были отстранены от участия в приватизации. Есть и политические моменты. Но здесь мы имеем дело со страхом, который очень похож на то, что было во многих европейских странах в 1930-е годы, когда чужаки подлежали ограничению. И то, что было общепринято тогда, в современной Европе, в современном мире теперь выглядит дико. Энгель: В том-то и дело. Но, тем не менее, Латвия является членом Евросоюза, НАТО, других международных организаций, где, в принципе, это действительно дико. Дюков: К сожалению, именно вхождение Латвии в Евросоюз, вхождение в НАТО дает нынешним латвийским этнократическим властям определенный зонтик, который позволяет проводить далее свою этнократическую политику. Мы это прекрасно видели в течение многих лет на примере голосования европейских стран по резолюции о недопустимости неонацизма, которая каждый год вносится в Генеральную Ассамблею ООН. Вплоть до прошлого года страны Европы, памятуя о ситуации в Латвии и Эстонии, всегда консолидированно воздерживались от голосования, не осуждая неонацизм и реабилитацию нацистских преступников... Источник: rus.ruvr.ru Дюков, Энгеля, Латвия, Память, Человек

Латвия не отказывается от средневековых приемов

Гость в студии «Голоса России» — Александр Дюков, директор фонда «Историческая память». Интервью ведет Юлия Энгель. Энгель: У нас в гостях директор фонда «Историческая память» Александр Дюков. Мы говорим о ситуации в современной Латвии, где продолжается героизация людей, воевавших на стороне гитлеровской Германии. В детский сад спокойно могут прийти легионеры СС, шествия 16 марта не только разрешены, но и всячески поддерживаются властями.

Гость в студии «Голоса России» — Александр Дюков, директор фонда «Историческая память».

Интервью ведет Юлия Энгель.

Энгель: У нас в гостях директор фонда «Историческая память» Александр Дюков. Мы говорим о ситуации в современной Латвии, где продолжается героизация людей, воевавших на стороне гитлеровской Германии. В детский сад спокойно могут прийти легионеры СС, шествия 16 марта не только разрешены, но и всячески поддерживаются властями. Человека могут ударить на улице за русскую речь.

Слава Богу, сейчас это уже не так распространено, как в 1990-е годы, но раньше это было. Маленьким детям с детства внушают что-то про «русских оккупантов». Как с этим можно бороться?

Дюков: Все-таки, слава Богу, деревни не горят, и в тюрьмах просоветские и пророссийские граждане не сидят, да и евреев не расстреливают. Так что ситуация по сравнению со Второй мировой войной несколько изменилась.

Энгель: Это же звенья одной цепи. Евреев не расстреливают, но вспомним недавний митинг, который прошел 4 июля, где на одной площади стояли нацисты и те, кто пришел почтить память жертв геноцида против евреев. Не показывает ли эта ситуация лицо современной Латвии?

В то же самое время министр обороны Артис Пабрикс призвал помнить о трагедии, сказал такую фразу: «Мы не должны делить своих граждан по этническим признакам. В первую очередь мы должны принимать людей как индивидуальность». А что они делают уже больше 20 лет?

Дюков: В словах господина Пабрикса есть очень большая хитрость, которая, как правило, не прочитывается европейским слушателем. Европейский человек, депутат Европарламента или европейский журналист слушает эти слова Пабрикса и думает о том, как хорошо это звучит, что мы, дескать, не должны делить наших граждан по национальному признаку.

Энгель: Звучит очень хорошо. Но если слова расходятся с действиями, что же? Какова цена этих слов?

Дюков: Слова как раз не очень расходятся с действием. Пабрикс говорит о гражданах, а есть огромное количество неграждан.

Энгель: Неграждан, то есть примерно 40 процентов населения страны, «нет», о них даже никто не говорит, они «не существуют»?

Дюков: Они таким образом выводятся из общенационального консенсуса. Они вышвыриваются за его пределы. Их можно делить, в отличие от тех, кто является гражданами.

Энгель: То есть они как бы не люди?

Дюков: Не то что не люди, просто они исключены из национального политического консенсуса.

Энгель: Удивительно, что во всем мире это действительно люди, которые не имеют гражданства. То есть если у них в паспортах написано «негражданин», в дословном переводе — «чужак Латвии», то во всем остальном мире это просто люди без гражданства. Если человек уедет в какую-нибудь другую страну, он будет просто человеком, не имеющим гражданства, совершенно бесправным. И люди, которые родились и выросли в стране, приравниваются к «оккупантам».

Дюков: Это неосредневековый инструмент, который используется в политических целях. Мы знаем подоплеку массового негражданства, что в свое время это способствовало тому, что, допустим, перераспределение финансовых средств и участие в приватизации было возможно только при наличии гражданства. Люди, которые не имели гражданства, были лишены целого ряда экономических прав и были отстранены от участия в приватизации.

Есть и политические моменты. Но здесь мы имеем дело со страхом, который очень похож на то, что было во многих европейских странах в 1930-е годы, когда чужаки подлежали ограничению. И то, что было общепринято тогда, в современной Европе, в современном мире теперь выглядит дико.

Энгель: В том-то и дело. Но, тем не менее, Латвия является членом Евросоюза, НАТО, других международных организаций, где, в принципе, это действительно дико.

Дюков: К сожалению, именно вхождение Латвии в Евросоюз, вхождение в НАТО дает нынешним латвийским этнократическим властям определенный зонтик, который позволяет проводить далее свою этнократическую политику.

Мы это прекрасно видели в течение многих лет на примере голосования европейских стран по резолюции о недопустимости неонацизма, которая каждый год вносится в Генеральную Ассамблею ООН. Вплоть до прошлого года страны Европы, памятуя о ситуации в Латвии и Эстонии, всегда консолидированно воздерживались от голосования, не осуждая неонацизм и реабилитацию нацистских преступников...

Источник: rus.ruvr.ru

Ассанж не отказывается от своих слов об экстрадиции в США
Главный редактор сайта WikiLeaks Джулиан Ассанж не отказывается от сделанного ранее заявления, согласно которому он готов на экстрадицию в США в обмен на смягчение наказания информатору WikiLeaks Челси Мэннинг.


  • Дюков,
  • Энгеля,
  • Латвия,
  • Память,
  • Человек
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: