Русский поэт Николай Языков — о годовщине основания Тартуского университета: Поэма «21 апреля» (отрывок)

21 апреля исполняется 210 лет Указа российского императора Александра Первого (1802 год) об основании первого в Прибалтике светского университета в Дерпте (ныне — Тарту, Эстония). Этот университет до сих пор располагается в историческом здании 1820-х годов постройки и считается старейшим вузом прибалтийского региона. Руководство вуза в очередной раз проигнорировало годовщину основания собственного вуза.

Известный русский поэт и славянофил Николай Михайлович Языков (1803-1846) в период с 1822 по 1829 годы обучался в Дерптском университете. За это время было создано более половины всех его стихотворений. Годам обучения в университете посвящен его знаменитый цикл студенческих песен 1823 года. ИА REGNUM предлагает Вашему вниманию отрывок из поэмы «21 апреля», посвященной годовщине основания Дерптского (Юрьевского, Тартуского) университета:

Как милы праздники студентов!

На них приема нет чинам,

Ни принужденных комплиментов,

Ни важных критиков, ни дам;

Там Вакх торжественно смеется,

Язык — не гость и либерал,

Сидишь, стоишь — покуда пьется

И пьешь — покуда не упал.

Смотрите: вот сошлися двое!

Бутылки верные в руках,

И видно чувство неземное

В многозначительных очах.

Стекло отрадно зазвенело,

Рука с рукой переплелась,

И в души сладость полилась

Струей шипучей и веселой.

И взоры блещут, как огонь,

Лицо краснеет и пылает,

Бутылки прочь — и упадает

Ладонь горячая в ладонь.

Вот величаво и свободно

Уста слилися: раз, два, три

(Не так целуются цари

В часы их радости негодной!).

Свершив приятельский обряд,

Они с улыбкой упованья

Один другому говорят

Свои фамильные названья.

Великолепная картина!

Отрада слуху и очам!

Иной гуляет по холмам

И дружно пьет чужие вина:

В устах невнятные слова,

И руки трепетные машут,

И ноги топают и пляшут,

И без фуражки голова!

Вот он стоит — и взором ищет

Неопустелого стекла,

К нему несется как стрела,

И улыбается, и свищет.

Другой, подъемля к небу взгляд,

Свою бутылку допивает,

Ее колеблет и бросает

К жилищу ратсгофских наяд;

Она летит — она упала

На лоно светлого пруда,

И серебристая вода

Запенилась и засверкала.

А там, разнеженный вином,

В восторгах неги полусонной,

Усильно борется со сном

И по долине благовонной

Беспечно движется кругом;

Руками томно жестирэет,

Привстанет, смотрит на друзей

И полупьяных критикует

В свободной смелости речей.

Среди смеющегося луга

Звучат органа голоса,

Для пира новая краса;

Обняв пленительно друг друга,

Студенты в радости живой,

Лихие песни напевая,

Кружатся шумною толпой,

И спотыкаясь и толкая…

Чета несется за четой,

Одна другую нагоняет — И вот слетелися оне,

И вальс в небрежной толкотне

На землю с криком упадает.

Уж догорел прекрасный день

За потемневшими горами;

Уж стелется ночная тень

Над благовонными брегами,

Над чистым зеркалом зыбей

И над шумящими толпами

Развеселившихся друзей;

Светило кроткое ночей

То прячется, то выбегает

Из тонкой сети облачка

И светом трепетным слегка

Леса и долы осребряет.

А праздник радости кипит,

Не утомясь, не умолкая;

Туманный берег озаряя,

Костер сверкает и трещит.

И в тишине красноречивой

Не побежденная вином

Толпа стоит перед огнем;

Огонь растет и блещет живо

Над разгоревшимся костром,

И вот багряными струями

Восстал высоко, зашумел;

И дым сгустился, почернел,

Слился огромными клубами

И по дубраве полетел!

При громе буйных восклицаний

Студенты скачут чрез огонь, — Так прыгает ученый конь,

Так прыгают младые лани

Через пучину, через ров;

Одежда гнется, загораясь,

И с треском локоны власов,

То развиваясь, то свиваясь,

Во мраке дымчатых столбов

Блестят, как огненное знамя,

На беззаботных головах.

Один промчался через пламя,

Другой запнулся в головнях — Готов упасть — он упадает,

Но встал и вышел из огней — И хохот радостных друзей

С улыбкой гордою внимает.

И вот иная красота!

Дары забавы благородной!

Рукой отважной и свободной

С плеча нетвердого снята,

Чернея в зареве багровом,

Одежда легкая летит — Падет, и сумрачным покровом

Костер удержан и покрыт,

Огонь редеет, утихает,

И вдруг сильней, ожесточен,

Ее обхватывает он,

Ее вертит и разрывает.

Но полночи угрюмой сон

Лежит по стихнувшим долинам;

Конец студенческим картинам.

Питомец вольности живой,

Питомец радости высокой

Спешит задумчиво домой

И на кровати одинокой

Вкушает сладостный покой.

Источник: www.regnum.ru

Великий русский геометр. Николай Иванович Лобачевский
«У Коперника и Лобачевского имеется интересная общая черта – оба они славяне по происхождению.

По-русски и «по-выруски»
О знакомстве с русской классикой и Юрием Лотманом, ландшафтном фестивале и многом другом с Яном КАПЛИНСКИМ побеседовала Ольга ЛОГОШ. — Ян, расскажите, пожалуйста, о ваших родителях.

В Италии впервые вышла антология стихов русских поэтов о Риме
Уникальная антология шедевров русской поэзии ХIХ века, посвященных Вечному городу, с большим успехом представлена в воскресенье в итальянской столице.

В эстонском Пярну отметили день рождения русского поэта Давида Самойлова
31 мая 2014 года в большом зале Пярнуской центральной библиотеки (г.Пярну, Эстония) состоялось мероприятие, посвящённое памяти русского поэта Давида Самойлова.


  • Радость,
  • Друзь,
  • Костер,
  • ВУЗ,
  • Основание
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: