Кавказский гамбит Ситуация на Северном Кавказе вышла за рамки региональных конфликтов. Как часть евразийского пространства, которое сосредотачивает глобальное противоборство, территориальные проблемы Грузии превратились в катализатор процессов. Гамбит – это итальянское слово, означающее препятствие. Кроме того, это шахматный термин, означающий дебютную стратегию в игре, при которой жертвуют одной или более пешками, чтобы получить возможность для атаки. Международные отношения в современном мире могут быть интерпретированы в контексте этого итальянского слова и шахматной стратегии. Первое десятилетие XXI века коренным образом отличается от бытовавших до сих пор временных и пространственных параметров, определяющих содержательную характеристику международного мира. В прошлом осталась стабильность отношений времен двухполюсного противостояния между коммунизмом и демократией. Изменившаяся ситуация в экономической, политической и военной области являются непрерывными вызовами для установленных после Второй мировой войны международных институтов, механизмов и международных норм поведения. В XXI веке осуществились резкие перемены, оказавшие серьезное воздействие на участников, их локальной и глобальной политике, как и на динамику самих процессов. Дата 11 сентября 2001 года превратилась в своеобразную границу между старым и новым временем, положив начало двум основным феноменам, отмеченным печатью глобалистики – безопасности и энергетике. Каждый из них как самостоятельная тема, и один процесс тесно связан с другим. Этот симбиоз накладывает свой отпечаток на каждый факт и явление в региональном и глобальном пространстве. Сражение за азиатское стратегическое сырье, которое концентрирует политическую, дипломатическую и военную энергию ведущих государств (США и Россия), оказывает существенное влияние на акценты и цели таких международных организаций как ООН, ЕС, НАТО, ОБСЕ. В индивидуальном и комплексном плане каждый из этих субъектов сталкивается с вызовами, которые проходят через широкий спектр от кавказских неизвестных, через усиливающуюся русскую (в болгарском языке нет слова «российский», но есть слово «русский» — прим. переводчика) энергетическую мощь до косовской независимости, очертившей динамические изменения в международных параметрах политической конъюнктуры. В ночь с 7 на 8 августа 2008 года началось очередное летоисчисление в сфере международных отношений. Радикальная попытка Грузии решить свои «замороженные» конфликты в Южной Осетии, а после этого и в Абхазии, категорическим образом поставила на повестку дня международно-правовые принципы, на которых основывается нынешний мировой порядок. Пятидневная война Тбилиси за отвоевание Южной Осетии и восстановление грузинской целостности положила начало переменам. Очередная акция президента Михаила Саакашвили по консолидации грузинского единства была стимулирована поведением таких ключевых фигур американской администрации как государственный секретарь Кондолиза Райс и заместитель помощника государственного секретаря США по европейским и евроазиатским вопросам Мэтью Брайза. Кондолиза Райс посетила Тбилиси 10 июля 2008 года после своих посещений Праги и Софии, где объявила в очередной раз о поддержке планов по восстановлению суверенитета Грузии в двух сепаратистских республиках. В том же месяце Мэтью Брайза заявил в интервью телекомпании «Рустави-2», что Вашингтон удовлетворен «политикой мирного урегулирования», проводимой Тбилиси в Кавказском регионе и намерен продолжить обсуждение вопроса о предоставлении Грузии Плана действий для членства в НАТО. 4 августа 2008 года при своем посещении Сухума Мэтью Брайза выдвигает тезис о признании суверенитета Нагорного Карабаха после проведения там референдума. Избыточная вера Саакашвили в американскую поддержку силового решения оказалось ошибкой. О целенаправленной подготовке Грузии к предстоящей войне свидетельствует и принятое накануне конфликта решение об увеличении предельной численности профессиональной грузинской армии еще на 5 тыс. человек, а военного бюджета – еще на $210 млн. После того, как в июле 2008 года парламент в Тбилиси принял поправки по этим вопросам, бюджет грузинского военного министерства достиг $1 млрд. (что равно 7% внутреннего валового продукта, или 20% расходной части государственного бюджета), а предельная численность армии – 37 тыс. человек, хорошо вооруженных и обученных с помощью американских и израильских инструкторов. Этого, однако, не оказалось достаточно для достижения даже частичного успеха в столкновении с «отсталой и недисциплинированной» (согласно ряду западных экспертов) русской армией. Пятидневный кавказский конфликт, который начался как грузино-югоосетинский и перерос в грузино-российский конфликт, завершился с катастрофическими для Тбилиси результатами. Значительная часть грузинской армии выведена из строя, а флот – потоплен. Уничтожен ряд военных баз и аэродромов, а грузинские части понесли серьезные потери в живой силе. В момент прекращения военных действий Тбилиси контролировал только половину страны, а большинство грузинских военных частей потеряли связь с командованием. Экономика страны парализована, а общество – подавлено масштабами поражения. Убедительная военная победа Кремля очертила параметры геополитических перемен, а также границы в переговорах, предложениях и инициативах. Сконцентрировавший дипломатическую энергию США, ЕС, НАТО и ОБСЕ, как и региональных организаций постсоветского пространства, кавказский конфликт утвердил несколько важных фактов. План Медведев-Саркози, признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, как и последовавшие многосторонние и многоформатные встречи, ограничивающиеся воинственной риторикой и отсутствием реальных санкций в отношении России, доказали углубление расхождения действительности и существующих международных принципов. Не являются случайными сравнения с периодом Холодной войны, а также многочисленные анализы, посвященные идеям Холодной войны, но по новым правилам и новой конфигурации. Очередной раз в 2008 году на повестке дня стал вопрос – где начинается суверенитет и где заканчивается легитимность права на самоопределение. Самоопределение – это сложный, иногда противоречивый процесс, крайним проявлением которого является отделение и образование собственного государства. В некоторых случаях, когда все другие меры испробованы, отделение является гарантией сохранения. постсоветское пространство, Абхазия-Южная Осетия-Грузия-Россия-Запад

Кавказский гамбит

Ситуация на Северном Кавказе вышла за рамки региональных конфликтов. Как часть евразийского пространства, которое сосредотачивает глобальное противоборство, территориальные проблемы Грузии превратились в катализатор процессов.

Гамбит – это итальянское слово, означающее препятствие. Кроме того, это шахматный термин, означающий дебютную стратегию в игре, при которой жертвуют одной или более пешками, чтобы получить возможность для атаки. Международные отношения в современном мире могут быть интерпретированы в контексте этого итальянского слова и шахматной стратегии.

Первое десятилетие XXI века коренным образом отличается от бытовавших до сих пор временных и пространственных параметров, определяющих содержательную характеристику международного мира. В прошлом осталась стабильность отношений времен двухполюсного противостояния между коммунизмом и демократией. Изменившаяся ситуация в экономической, политической и военной области являются непрерывными вызовами для установленных после Второй мировой войны международных институтов, механизмов и международных норм поведения.

В XXI веке осуществились резкие перемены, оказавшие серьезное воздействие на участников, их локальной и глобальной политике, как и на динамику самих процессов. Дата 11 сентября 2001 года превратилась в своеобразную границу между старым и новым временем, положив начало двум основным феноменам, отмеченным печатью глобалистики – безопасности и энергетике. Каждый из них как самостоятельная тема, и один процесс тесно связан с другим. Этот симбиоз накладывает свой отпечаток на каждый факт и явление в региональном и глобальном пространстве.

Сражение за азиатское стратегическое сырье, которое концентрирует политическую, дипломатическую и военную энергию ведущих государств (США и Россия), оказывает существенное влияние на акценты и цели таких международных организаций как ООН, ЕС, НАТО, ОБСЕ. В индивидуальном и комплексном плане каждый из этих субъектов сталкивается с вызовами, которые проходят через широкий спектр от кавказских неизвестных, через усиливающуюся русскую (в болгарском языке нет слова «российский», но есть слово «русский» — прим. переводчика) энергетическую мощь до косовской независимости, очертившей динамические изменения в международных параметрах политической конъюнктуры.

В ночь с 7 на 8 августа 2008 года началось очередное летоисчисление в сфере международных отношений. Радикальная попытка Грузии решить свои «замороженные» конфликты в Южной Осетии, а после этого и в Абхазии, категорическим образом поставила на повестку дня международно-правовые принципы, на которых основывается нынешний мировой порядок. Пятидневная война Тбилиси за отвоевание Южной Осетии и восстановление грузинской целостности положила начало переменам.

Очередная акция президента Михаила Саакашвили по консолидации грузинского единства была стимулирована поведением таких ключевых фигур американской администрации как государственный секретарь Кондолиза Райс и заместитель помощника государственного секретаря США по европейским и евроазиатским вопросам Мэтью Брайза.

Кондолиза Райс посетила Тбилиси 10 июля 2008 года после своих посещений Праги и Софии, где объявила в очередной раз о поддержке планов по восстановлению суверенитета Грузии в двух сепаратистских республиках.

В том же месяце Мэтью Брайза заявил в интервью телекомпании «Рустави-2», что Вашингтон удовлетворен «политикой мирного урегулирования», проводимой Тбилиси в Кавказском регионе и намерен продолжить обсуждение вопроса о предоставлении Грузии Плана действий для членства в НАТО. 4 августа 2008 года при своем посещении Сухума Мэтью Брайза выдвигает тезис о признании суверенитета Нагорного Карабаха после проведения там референдума. Избыточная вера Саакашвили в американскую поддержку силового решения оказалось ошибкой.

О целенаправленной подготовке Грузии к предстоящей войне свидетельствует и принятое накануне конфликта решение об увеличении предельной численности профессиональной грузинской армии еще на 5 тыс. человек, а военного бюджета – еще на $210 млн. После того, как в июле 2008 года парламент в Тбилиси принял поправки по этим вопросам, бюджет грузинского военного министерства достиг $1 млрд. (что равно 7% внутреннего валового продукта, или 20% расходной части государственного бюджета), а предельная численность армии – 37 тыс. человек, хорошо вооруженных и обученных с помощью американских и израильских инструкторов.

Этого, однако, не оказалось достаточно для достижения даже частичного успеха в столкновении с «отсталой и недисциплинированной» (согласно ряду западных экспертов) русской армией.

Пятидневный кавказский конфликт, который начался как грузино-югоосетинский и перерос в грузино-российский конфликт, завершился с катастрофическими для Тбилиси результатами. Значительная часть грузинской армии выведена из строя, а флот – потоплен. Уничтожен ряд военных баз и аэродромов, а грузинские части понесли серьезные потери в живой силе. В момент прекращения военных действий Тбилиси контролировал только половину страны, а большинство грузинских военных частей потеряли связь с командованием. Экономика страны парализована, а общество – подавлено масштабами поражения.

Убедительная военная победа Кремля очертила параметры геополитических перемен, а также границы в переговорах, предложениях и инициативах. Сконцентрировавший дипломатическую энергию США, ЕС, НАТО и ОБСЕ, как и региональных организаций постсоветского пространства, кавказский конфликт утвердил несколько важных фактов.

План Медведев-Саркози, признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, как и последовавшие многосторонние и многоформатные встречи, ограничивающиеся воинственной риторикой и отсутствием реальных санкций в отношении России, доказали углубление расхождения действительности и существующих международных принципов. Не являются случайными сравнения с периодом Холодной войны, а также многочисленные анализы, посвященные идеям Холодной войны, но по новым правилам и новой конфигурации.

Очередной раз в 2008 году на повестке дня стал вопрос – где начинается суверенитет и где заканчивается легитимность права на самоопределение. Самоопределение – это сложный, иногда противоречивый процесс, крайним проявлением которого является отделение и образование собственного государства. В некоторых случаях, когда все другие меры испробованы, отделение является гарантией сохранения.

Абхазия и турецкий гамбит: чем живет республика, поддержавшая санкции России
Абхазия присоединилась к российским санкциям против Турции. Временные ограничительные меры коснутся импорта отдельных видов турецких товаров.

Специальный посланник главы КНР появится на инаугурации президента Гамбии
Специальный посланник главы КНР будет присутствовать на церемонии инаугурации президента Гамбии Адама Бэрроу и празднествах по поводу дня независимости африканской страны 18 февраля, сообщает китайское информационное агентство «Синьхуа» 16 февраля.


  • постсоветское пространство,
  • Абхазия-Южная Осетия-Грузия-Россия-Запад
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (1) RSS свернуть / развернуть
комментарий был удален


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.