Евкуров должен извиниться

Интервью Президента Республики Ингушетия Евкурова получило широкий резонанс в Чеченской Республике. Некоторые беспочвенные и, скажем прямо, недопустимые для Президента братской республики высказывания в этом интервью вызывают чувство горечи и глубокого сожаления у тех, кто знаком с этим материалом. Тем более, что в Чеченской Республике с уважением относятся к новому Президенту Ингушетии, с болью восприняли покушение на него и всей республикой, во главе с Президентом Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым, молились за его скорейшее выздоровление.

Как известно, отношение к слову на Кавказе всегда было особенным. Здесь принято каждое слово, прежде чем его высказать, тщательно взвешивать, а высказав — отвечать. Не зря вайнахская поговорка гласит: «Рана, нанесенная кинжалом — зажила, а нанесенная словом — нет». В тысячу раз более внимательно и ответственно необходимо относиться к высказываниям, так или иначе затрагивающим сферу межэтнических отношений.

Честно сказать, не хотелось обсуждать эту тему публично, но так как интервью Евкурова напечатано в одном из самых известных и уважаемых изданий России и выставлено в Интернете, вынужден выразить свое несогласие с некоторыми выдержками из него.

Вопросы дезинтеграции единой Чечено-Ингушской республики, которая произошла на фоне распада СССР, когда, по известным нам причинам, не до конца разрешенными остались многие вопросы административного, политического, экономического размежевания двух республик, до сих пор будоражат умы государственных и общественных деятелей как с одной, так и с другой стороны.

Обратился к этой теме в своем интервью и Президент Республики Ингушетия. «Когда народ в очередной раз принял решение остаться в составе России (таков был результат референдума) и отделился от Чечни и образовал отдельную республику в составе России, — оказалось, что вся промышленная база осталась в Чечне», — заявляет Евкуров, намекая на мнимую дискриминацию ингушской стороны, когда вся промышленность в ЧИАССР строилась только в чеченской ее части. Несведущий человек так это и воспримет. Но дело в том, что промышленность г. Грозного (а почти вся промышленность Чечни, о которой говорит Евкуров, находилась там) фактически была искусственно оторвана от Чечни и до 1929 года в ее состав не входила. Нефть была в Грозном и, естественно, и промышленные предприятия, по вполне объективным экономическим причинам, а не с целью дискриминации ингушей, которые тогда еще жили в своей отдельной автономной области, строились в Грозном, а не в Назрани. В подавляющем большинстве это были предприятия союзного значения, в основном — по нефтедобыче и ее переработке, а также сопутствующая этой отрасли промышленная база. А на момент объединения Ингушетии с Чечней в 1934 году, промышленность Грозного (Чечни), в основном, уже была заложена.

Промышленная база Ингушетии, если таковая была, осталась во Владикавказе. И претензии Евкурову необходимо предъявлять не к Чеченской Республике, а к Северной Осетии-Алания, в пользу которой волюнтаристски были отторгнуты и г. Владикавказ, и прилегающий к нему Пригородный район. Или он хочет предъявить такие требования к обеим республикам? Не получилось бы, как в поговорке с двумя зайцами.

Города Владикавказ и Грозный и, соответственно их инфраструктура, были построены вовсе не в целях создания экономической базы для проживавших в Чечне и Ингушетии «туземных» народов. Скорее всего, они были своего рода форпостами российской империи, а затем и Советского Союза на Северном Кавказе и, по большому счету, практически не учитывали интересы коренных народов. Не зря Владикавказ и Грозный имели статус городов союзного значения.

Никакой целенаправленной политики по притеснению ингушей в ЧИАССР не было. Во всяком случае, с чеченской стороны. Хотя бы потому, что первым руководителем республики никто из чеченцев, до самого распада Советского Союза, не был. Все важнейшие вопросы жизнедеятельности республики решались в Москве, практически без участия самих чеченцев и ингушей.

А если говорить о представленности ингушей в государственных органах власти, то оно было более чем внушительным. Пост Председателя Президиума Верховного Совета ЧИАССР (главы республики), 1-го заместителя Председателя Правительства республики, Председателя Госплана (вот к кому господину Евкурову следовало предъявлять свои претензии по размещению промышленной базы в республике), посты многих самых так называемых «теплых» и «доходных» министерств и ведомств занимали именно ингуши. И это притом, что они составляли всего лишь 12% населения республики. Самой обделенной частью населения Чечено-Ингушетии на самом деле были, как раз, сами чеченцы, составлявшие большинство жителей республики, но бывшие в меньшинстве в органах власти ЧИАССР.

«Ингуши одними из первых вошли в состав России… Мы не участвовали в русско-кавказской войне против России, еще в тот период -наоборот, за Россию всегда воевали ингушские полки. Мы становились рубежом и не пускали через себя никого», — делает экскурс в историю Евкуров. А чем тут гордиться? Спасли себя от истребления, а России-то что от этого? Не вошли бы в Россию, вошли бы куда-то еще, например, в Чечню или в ту же Осетию. В чем достоинство того, что несколько ингушских старшин переметнулись в стан могущественного завоевателя и вместе с ним воевали против своих единокровных братьев? Да, они оказались более расчетливыми, чем их братья, но вряд ли это то качество, которым обычно гордятся люди. Никто еще рабской преданностью и подобострастием чести не заслуживал. А насчет «русско-кавказской войны против русских», то тут явная подтасовка. Горцы Кавказа не воевали против русских, они воевали, защищая свою свободу, против Российской империи. Это далеко не одно и то же.

Совершенно смешным выглядит такой пассаж: «Мы становились рубежом и не пускали через себя никого». Каким рубежом для защиты российской империи, при всем своем желании, могла стать только что начавшая формироваться ингушская народность, состоящая тогда из двух-трех десятков тысяч человек? Главной задачей ингушей на этом историческом этапе своего развития была собственная идентификации (любым путем отмежеваться от чеченцев) и самосохранение. Как говорится, «не до жиру — быть бы живу».

Далее, рассказывая о беженцах из Чеченской Республики, Евкуров сделал неожиданное и обескураживающее заявление: «Потом начинается первая чеченская кампания, и в республику приходит более 400 тысяч беженцев… Я честно отвечаю, пусть даже это будет кому-то неприятно: я бы не пустил беженцев. Я в тот период это говорил и сейчас говорю. Я считаю, стратегическая ошибка была допущена». Во-первых, в первую чеченскую кампанию такой массовой миграции населения из республики не было. Тем более в Ингушетию. В основном перемещения были внутри самой Чечни и только часть населения мигрировала в приграничные районы Дагестана. Массовый исход жителей Чеченской Республики в Ингушетию был во время второй чеченской кампании. Связано это было с тем, что практически вся граница по периметру республики для перехода беженцев из Чечни была закрыта. Единственным местом, куда могли пройти, бежавшие от войны люди, оставалась Ингушетия. Но до нее беженцы вынуждены были проходить через жесткую фильтрацию на печально знаменитом посту «Кавказ», где абсолютно бесправные и беззащитные люди должны были доказывать военным свою непричастность к боевикам. Многие ни в чем неповинные молодые люди, по различным выдуманным причинам ( для этого, например, достаточно было малейшей помарки в паспорте, быть однофамильцем известных руководителей Ичкерии и ее военных структур или иметь малейшую рану на теле) так и не смогли пройти этот барьер и до сих пор числятся в списках без вести пропавших.

Во-вторых, всего в Ингушетии, в самый пик исхода беженцев, было около 200 тысяч человек из Чеченской Республики, а не 400 тысяч, как заявляет Евкуров. И находились они там в таком количестве не 17 лет, а самое большее — 2-3 года. Причем подавляющее большинство из них находилось на чеченских территориях, временно находящихся в административном подчинении Ингушетии. С весны 2000 года люди уже стали возвращаться в Чечню. Осенью 2002 года в Ингушетии находилось 66 тысяч беженцев, из которых 30 тысяч являлись этническими ингушами, которые не желали возвращаться в Чеченскую Республику. На момент проведения референдума в марте 2003 года в соседней республике находилось порядка 50 тысяч человек беженцев из Чечни (вместе с так называемыми «чеченскими ингушами»).

В-третьих, решение об открытии Ингушетии для беженцев из Чечни принималось не на уровне республиканского руководства Ингушетии, а в Москве. Так же, как и решение о закрытии остальной границы. Так что от Евкурова, будь он в то время даже главой Республики Ингушетия, это решение абсолютно не зависело. Держимордовское «не пущать» здесь бы не прошло.

В основном беженцы из Чеченской Республики, стыдливо названные властями временно перемещенными людьми, были размещены в бывших складских и производственных помещениях, коровниках и животноводческих фермах, гаражах и автостанциях и даже в трансформаторных подстанциях. В лучшем случае — в наспех организованных палаточных лагерях. Часть беженцев, имевших возможность платить, расположилось в частном секторе. Они, в абсолютном большинстве своем, арендовали помещения за деньги. Хотя было немало случаев, когда хозяева гостеприимно делили с беженцами свой кров и последний кусок хлеба.

Заявление Евкурова, что он не пустил бы беженцев из Чечни, перекликается с аналогичными заявлениями генерала Шаманова, всячески препятствовавшему выходу беженцев в Ингушетию. Всем памятны авианалеты и артиллерийские обстрелы колонн беженцев со стороны подопечных новоявленного Ермолова, в результате которых были многочисленные человеческие жертвы. И будь Президентом Ингушетии на тот период «герой чеченской войны» Евкуров, он без сомнения нашел бы взаимопонимание и поддержку в лице одной из самых одиозных личностей, скомпрометировавшей образ России и русского народа в глазах отчаявшихся от безысходности жителей Чеченской Республики зверскими методами ведения военных действий.

Комментируя якобы тяжелые для Республики Ингушетия последствия принятия у себя беженцев из Чеченской Республики, Евкуров заявляет: «Кроме всего прочего, беженцы сразу дали двойное-тройное повышение криминогенной обстановки. Появились такие виды криминальной деятельности, каких вообще не было в Ингушетии». И в качестве примера, тут же, приводит, извините за выражение, проституцию, наркоманию и бандитизм. Это уже, как говорится, явный перебор. Недостойный вайнаха, не говоря уже о Президенте Республики Ингушетия, выпад в сторону братского народа.

К сведению Евкурова, чеченцы всегда были более архаичней, консервативней, традиционней и религиозней чем их западные собратья. В то же самое время, ингуши, в силу большего по времени и, в целом, мирного совместного существования с Россией и, через нее, с остальным «просвещенным» миром, были более светскими, либеральными, продвинутыми, в смысле подверженности «сладким плодам» цивилизации, и менее подверженными так называемым «пережиткам прошлого», чем чеченцы. Как не прискорбно об этом говорить, представители ингушской интеллигенции, в большинстве своем, даже в семьях не говорили на своем родном языке. Это общеизвестный факт. Так что из трех перечисленных Евкуровым «видов криминальной деятельности» первые два больше относятся к местной публике, чем к беженцам из соседней республики. Ну а что касается бандитизма, то еще в советские времена на Назрановском рынке можно было запросто купить любой вид стрелкового оружия, чем ингуши всегда безмерно гордились. А о нелегальном обороте золота с магаданских приисков, которые в народе называли акционерным обществом «Ингуш-золото», знает весь мир.

Выражая огромную благодарность за прием беженцев, необходимо отметить, что не все было так, как преподносят это отдельные ингушские чиновники. Являясь местом расположения беженцев, Ингушетия обеспечивала их всем необходимым не из республиканского бюджета, а за счет огромных целевых финансовых выплат для обустройства и обеспечения нормального проживания беженцев из федерального бюджета, а также масштабной гуманитарной помощи из-за рубежа. Десятки различных международных гуманитарных организаций, офисы которых располагались на территории Ингушетии, буквально днем и ночью помогали вынужденным переселенцам продовольствием, одеждой, строительными материалами.

Целая сфера по обслуживанию так называемых временно перемещенных лиц обеспечивала рабочими местами тысячи жителей Ингушетии. Беженцы из Чечни создали в местах своего компактного размещения своеобразные биржи труда с самой дешевой рабочей силой в регионе. Тысячи беженцев за копейки вынуждены были подряжаться на работу у местного населения. Такого строительного бума, по свидетельствам местных старожилов, в Ингушетии они не видели никогда.

То же самое наблюдалось и в сфере торговли и малого предпринимательства. Предприимчивые беженцы из Чеченской Республики подняли эти отрасли на невиданный до этого в Республике Ингушетия уровень.

Почти вся Ингушетия превратилась в своеобразный гостиничный двор. Тысячи семей беженцев вынуждены были платить по 100 и больше долларов в месяц за более или менее пригодную для проживания комнатушку. Платить приходилось предоплатой за несколько месяцев вперед. И это притом, что каждый хозяин, разместивший у себя вынужденных переселенцев, получал деньги за их проживание от государства. Как тут не вспомнить тот факт, что, например, в Дагестане не было ни одного случая, чтобы за жилье с беженцев брали хоть одну копейку.

Таким образом, не все у наших чиновников из ингушской администрации и бизнесменов было так уж и плохо в связи с пребыванием у них беженцев из соседней республики. Наоборот, республика за все это время буквально расцвела на глазах и, почему-то, долго и упорно не хотела отпускать своих «притеснителей»-беженцев к себе на родину!

Считаю, что Президенту Евкурову следует извиниться за свои некорректные высказывания перед чеченским и ингушским народами. Почему перед ингушским? Во-первых, потому, чеченцы и ингуши — это по сути один народ, и то, что сказано про один из них (хорошего или плохого) — относится и ко второму. Во-вторых, потому, что он является Президентом Республики Ингушетия, а ингушский народ, я в этом уверен, не уполномочивал его делать такие оскорбительные заявления, затрагивающие честь и достоинство народов.

По всей видимости, как в регионе, так и в некоторых федеральных силовых ведомствах, есть силы, которым не по нраву налаживание тесных дружеских взаимоотношений между чеченским и ингушским народами, координация и взаимодействие наших правоохранительных структур в борьбе с международным терроризмом и, в целом, нормализация обстановки на Северном Кавказе. Так не дадим им повода для торжества.

Уполномоченный по правам человека в ЧР Н.С.Нухажиев

Латышские националисты потребовали от мэра Риги извиниться за шутку об «ужасах советской оккупации»
Нацблок потребовал от мэра Риги Нила Ушакова извинений за шутку про велосипедиста, который сам сломал колесо и требует от России 185 млрд евро.

Эрдоган: Если кто-то и должен извиниться, то точно не мы...
Президент Турции Эрдоган заявил о том, что Турция не собирается извиняться за сбитый турецкими ВВС российский бомбардировщик Су-24.

Журналисты потребуют отставки Коломойского за отказ извиниться за мат
Журналисты движения «Стоп цензуре» потребуют отставки губернатора Днепропетровской области Игоря Коломойского, если он не извинится перед обруганным им журналистом «Радио Свобода» Сергеем Андрушко.

Американский миллиардер Дональд Трамп: Бараку Обаме следует извиниться и подать в отставку
Один из самых богатых американцев, миллиардер Дональд Трамп заявил, что президенту США Бараку Обаме следует извиниться перед народом и подать в отставку.

Президента ЦСКА Гинера обязали извиниться перед РФС
Евгений Гинер должен извиниться за резкие высказывания в адрес Николая Толстых.


  • Евкуров,
  • Чечня,
  • Ингушетия
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: