Казахи не хотят больше быть казахстанцами

Одна страна – один народ, с этим все согласны. Расхождения начинаются при определении народа. Одни под народом понимают всех проживающих в стране, независимо от их этнического происхождения. По мнению других, народ – это только казахи, а все остальные идут как бы прицепом. Но это, так сказать, суть проблемы. В нынешней полемике о доктрине национального единства на первом плане оказались совершенно другие вещи.

Ловушка для оппозиции

Почему именно сегодня власть обратилась к вопросам национального единства? Не потому ли, что на дворе кризис, растет социальная напряженность, слабеет контроль над ситуацией, степень доверия к власти уменьшается пропорционально ухудшению экономической ситуации?

Появилась опасность массового недовольства людей и проявления их протеста, и посчитали, что пришло время разыгрывать козырную карту казахстанской политики — национальную. С прицелом сбить рост протестности населения, а заодно переключить внимание казахстанцев с социально-экономических претензий к власти на претензии… друг к другу. Этакий ход конем.

Все это приводит к резкой поляризации общества по этническому признаку, но это уже власть не волнует — цель оправдывает средства.

Клин против клина

На мой взгляд, доктрина нужна для «Ак орды» как отвлекающий маневр, призванный через вбрасывание популярной идеи «одна страна — один народ» заручиться поддержкой полиэтнического населения страны и одновременно напугать русскоязычное сообщество угрозой национализма, проистекающего якобы от оппозиции, и тем самым дискредитировать демократов.

Почему напугать? Потому что, видимо, изначально предполагалось, что национал-патриоты выступят против доктрины (не исключено, что их об этом попросили). Понятно, что такой демарш национал-патриотов будет воспринят неказахским населением как угроза национализма. Учитывая, что для казахстанцев эта угроза серьезнее любых социально-экономических проблем, ясно, это заставит людей сделать соответствующие выводы. Мол, лучше уж с этой авторитарной и коррумпированной властью, чем с национал-пат­риотами из оппозиции.

Как известно, клин клином вышибают: меньший — большим. В этом смысле доктрина, вызвавшая на себя атаку национал-патриотов, — как раз тот клин, при помощи которого власть пытается выбить клин недоверия к себе, вызванного экономическим кризисом.

Теперь о самой доктрине национального единства. Документ с концептуальной точки зрения не содержит абсолютно ничего нового. Основная фишка — понятие «казахстанская нация» — кроме того, что она явилась красной тряпкой, вызвавшей раздражение национал-патриотов, в смысловом плане нового ничего не несет. Все это давно существует и прописано в Конституции.

Начнем с того, что в основе ажиотажа лежит терминологическая путаница. Национал-патриоты и иже с ними исходят из архаичного понимания термина «нация» как сообщества людей, объединенных этническими корнями. В доктрине же понятие «нации» применяется в совершенно другом смысле — в соответствии с международной практикой под нацией понимается совокупность граждан одного государства.

В этом смысле понятие «казахстанская нация» в доктрине понимается не как новый этнос вместо всех остальных, а как сообщество всех граждан, проживающих в Казахстане. То есть никто ни в коей мере не покушается на право людей быть казахами или русскими. Доктрина предлагает всех казахов, русских и прочих представителей этносов объединить одним общим именем «казахстанцы». И все!

Другое дело, зачем это делается так нарочито шумливо, если это уже давно определено Конституцией? Мы без всякой доктрины давно уже единый народ, объединенный общим именем «казахстанцы». «Казахстанская нация» — то же самое, что и «казахстанцы», только вид сбоку. Весь вопрос — с какого боку?

Какой Казахстан мы строим?

Если исходить из претензий национал-патриотов (а они увидели здесь угрозу этнической идентификации), то весь сыр-бор из-за различного толкования слова «нация». Возможно, поставь авторы доктрины вместо «казахстанской нации» прежнее «казахстанцы», стенания о потере национальной идентификации не возникли бы.

Однако не все так просто, как кажется на первый взгляд. Непонравившийся национал-патриотам термин — скорее всего, лишь повод, тогда как причина этого «сыр-бора» гораздо глубже. Доктрина при всей шкурности решаемых властью вопросов своей безопасности поставила в повестку дня основной вопрос общества: какой Казахстан мы строим — казахстанский или казахский?

Сегодня с точки зрения Основного закона страны мы живем в казахстанском государстве. В действующей Конституции Республики Казахстан прямо сказано: «Мы, народ Казахстана, объединенный общей исторической судьбой...»

Все предельно ясно и понятно. Не казахи, не русские, не уйгуры и прочие этносы, а именно народ Казахстана создал государство под названием Казахстан. То есть государство создано всеми проживающими в стране безотносительно к их этнической принадлежности, и, таким образом, Конституция страны не делит граждан на коренных и диаспоры, на титульных и прочих.

Как этот народ называть — казахстанцами или казахами — думаю, не столь принципиально. Если проблема только в этом, то она решается просто: ставим вопрос на референдум, и если большинство за Казахию, а не за Казахстан, то лично я готов называться казахом русского происхождения. No problem!

Куда принципиальнее, как при этом будет определяться гражданственность людей — их этническим происхождением (принцип крови) или их проживанием в стране (принцип почвы). А вот тут-то, как я понимаю, единого мнения нет. В стране есть люди, которые считают, что записанный в Конституции принцип гражданственности нужно изменить и определять гражданственность не по принципу «почвы», а по принципу «крови».

Это позиция национал-патриотов, которые твердо стоят за строительство этнически казахского Казахстана. Появление доктрины просто актуализировало их позицию, придало ей новый импульс. Это и понятно, так как ее принятие закрепляет внеэтническую гражданственность.

По примеру национальных моделей демократических стран предлагается всех проживающих в стране считать единой нацией, притом что каждый сохраняет свою этничность. Если есть французы алжирского происхождения, американцы китайского происхождения, то почему не может быть казахстанца русского происхождения?

Однако для национал-патриотов такая формула национальной идентификации неприемлема. Поэтому их реакция — вполне логична. Они против — так и должно быть, на то они и национал-патриоты.

Идем к поляризации

Совершенно иначе смотрится поддержка национал-патриотов лидерами демократической оппозиции. После такой откровенной демонстрации своей близости к национал-патриотам трудно рассчитывать, что на следующих выборах за оппозицию проголосует кто-то из числа «казахстанцев».

Похоже, дрейф казахстанских демократов от оппозиции в сторону национализма — неизбежный процесс. Видимо, это вызвано тем, что оппозиция вынуждена обращаться к наиболее политически активной части общества, каковой сегодня являются этнические казахи. С другой стороны, чем больше они заигрывают с национал-патриотически ориентированным электоратом, тем меньше поддержки имеют со стороны всех остальных. Порочный круг: чем меньше в их рядах «казахстанцев», тем больше они тяготеют к национал-патриотам, а чем ближе они к национал-патриотам, тем меньше поддержка со стороны «казахстанцев».

Другой вопрос — к чему может привести нынешнее идеологическое противостояние, вызванное появлением доктрины. На мой взгляд, к поляризации общества на тех, кто хочет продолжать жить в государстве казахстанцев, и тех, кто будет пытаться строить государство казахов. И в этом противостоянии по иронии судьбы все желающие жить во внеэтническом Казахстане окажутся на стороне авторитарной, коррумпированной и продажной власти, а все стремящиеся к созданию казахского национального государства — на стороне оппозиции, борющейся с этой властью.

В этой ситуации возникает вопрос, а что делать тем, кто хочет быть «казахстанцами», но без Назарбаева? Видимо, у них не остается выбора, кроме как объединяться для отстаивания своих интересов. Интересов граждан демократического Казахстана.

Порочный круг

Похоже, дрейф казахстанских демократов от оппозиции в сторону национализма — неизбежный процесс. Видимо, это вызвано тем, что оппозиция вынуждена обращаться к наиболее политически активной части общества, каковой сегодня являются этнические казахи. С другой стороны, чем больше они заигрывают с национал-патриотически ориентированным электоратом, тем меньше поддержки имеют со стороны всех остальных.

Гражданское противостояние — оно нам надо?

Не будем здесь обсуждать, какая из противоборствующих точек зрения более соответствует чаяниям народа, тем более что каждый под народом понимает свое. Важнее другое — как противостояние между «казахстанцами» и «казахами» может сказаться на ситуации в стране?

Очевидно, что оно отодвинет на второй план социально-экономические проблемы. Уже не так актуальны будут вопросы размеров пенсий и зарплат, потеряет остроту проблема обманутых дольщиков, вопросы здравоохранения и образования покажутся несерьезными. Мы меньше будем говорить о том, как живем и кто в этом виноват, мы больше будем выяснять, кто из нас кто. А это не так безобидно. Это гражданское противостояние со всеми вытекающими из этого бытовыми коллизиями и социальными напрягами. Нам это надо?

Кому это выгодно? Однозначно — власти, но не оппозиции. Убежден, в отличие от оппозиции власти отслеживают общественные настроения через соответствующие социологические процедуры. Думаю, им известен процент казахстанцев, поддерживающих идею «казахстанской нации». Поэтому, ориентируясь в предпочтениях населения, «Ак орда» сформулировала основную тему доктрины в свою пользу. Еще бы, национальное единство! Святое дело. Кто же против!

На мой взгляд, это оказалось ловушкой для оппозиции, которая, вместо того чтобы ограничиться критикой провокационной сущности доктрины, публично поддержала национал-патриотов. Можно предполагать, что теперь ярлык «националистов» будет им приклеен намертво. Уж власть постарается представить их противниками национального единства и сторонниками раскола народа по национальному признаку!

И хотя на самом деле это будет иметь отношение только к национал-патриотам, но общественное мнение, не привыкшее вникать в тонкости политической кухни, автоматически зачислит туда и всю оппозицию. Худшей дискредитации не придумаешь!

После такого «кастинга по национальному вопросу» «Ак орда» может смело идти на любые выборы: «казахстанцы» проголосуют за свой интерес, который не совпадает с оппозиционным «казахским».

А «казахи»? На что способны они, посмотрим 17 декабря.

Сeргeй Дувaнoв, Pecпубликa

Польский президент: Мы не хотим быть «буферной зоной» НАТО
Польский президент Анджей Дуда заявил в ходе интервью британскому изданию Financial Times, что руководство НАТО рассматривает его страну лишь в качестве «буферной зоны» между альянсом и РФ, не считая ее полноправным членом.

Россияне не хотят быть биосферными паразитами
В один из самых диких уголков планеты – Колумбийскую сельву в районе Сьерра-Невада-де-Санта-Марта отправились российские исследователи в составе международной экспедиции под названием «Splash of Eternity» (Плеск Вечности).

Судьи не хотят рассматривать дело Филата
КИШИНЕВ, 29 декабря. Три судьи воздержались от рассмотрения уголовного дела, открытого на экс-премьера Молдавии, лидера ЛДПМ Владимира Филата.

Михаил Пореченков о запрете на въезд в Латвию: не хотят меня видеть — не надо
1 ноября 2014 года министр иностранных дел Латвии Эдгар Ринкевич объявил известного российского актёра Михаила Пореченкова персоной нон грата в Латвии. Об этом он сообщил в микроблоге Twitter.


  • Казахстан,
  • выборы,
  • оппозиция,
  • "Ак орда"
Комментировать публикацию через Постсовет:
Комментарии (0) RSS свернуть / развернуть

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.


Комментировать публикацию через Вконтакте: