Абхазия задумалась о цене дружбы с Россией

постсоветское пространство, Абхазия, Россия, Грузия

«Фактор России» становится главным вопросом повестки дня второй президентской пятилетки Сергея Багапша. Значение Тбилиси уменьшается на фоне возрастания роли Москвы. И власть, и оппозиция будут искать свои рецепты оптимизации российско-абхазских отношений. В Абхазии начинается вторая пятилетка президента Сергея Багапша. После его победы в первом туре президентских выборов и процедуры инаугурации началось формирование новой команды старого лидера. Эта команда будет приспособлена под задачи второй легислатуры второго абхазского президента. В 2004-2009 гг. Багапш действовал в условиях прямой угрозы возобновления военных действий с Грузией. Вехами его первой легислатуры была «разморозка» конфликта грузинским президентом Михаилом Саакашвили, деградация переговорного процесса, ввод подразделений МВД и министерства обороны Грузии в Кодорское ущелье и постоянные заявления Тбилиси о том, что ни сегодня-завтра белый флаг с пятью красными крестами будет развеваться в Сухуми. После 2009 года обстановка радикально изменилась. Теперь «фактор Грузии» не играет более ведущей роли. Над Сухуми не нависает «кодорский кулак», границы (включая и морские) находятся под защитой уже не миротворческих сил, а российских военных и пограничников. И военно-политическое присутствие России постепенно увеличивается. Вообще российский выбор стал своеобразной визитной карточкой Багапша и в его избирательной кампании, и после его переизбрания президентом республики. В ходе выборов оппоненты президента жестко критиковали его за слишком сильное сближение с могущественным соседом, в ответ на что получали следующий аргумент: международное признание Абхазии началось именно с РФ, и обеспечил его никто иной как Сергей Багапш. В этой связи его визит в Москву 16-18 февраля не случайно позиционировался и в России, и в Абхазии, как некий поворотный пункт. После того, как самоопределение достигнуто с помощью Москвы, республика должна решать две сложные (и не всегда тождественные друг другу) задачи. С одной стороны, необходимо строить свою государственность, развивать сильные институты власти, а с другой, – искать и находить оптимальный вариант кооперации с Россией, которая заинтересована в своем присутствии в Абхазии для защиты и продвижения своих интересов в Черноморском регионе. И здесь есть много непростых проблем, таких, например, как недвижимое имущество россиян в республике, признанной РФ. Не менее сложным вопросом является и проникновение российского бизнеса в Абхазию. Все это требует от абхазского руководства неординарных подходов и иных, по сравнению с предыдущей президентской пятилеткой, приоритетов. В этой связи требуют внимания перестановки, произведенные президентом Абхазии в республиканских структурах власти после его вступления в должность. В середине февраля правительство республики ушло в отставку. Накануне инаугурации Багапша главной интригой был вопрос о будущем премьер-министре. Все дело в том, что еще в период президентских выборов глава республиканского правительства (на тот момент это был Александр Анкваб) принял решение выступить в команде Сергея Багапша как вице-президент. Напомним, что практически весь период первой легислатуры абхазского президента вице-президентом был Рауль Хаджимба. 28 мая 2009 года он ушел в отставку со своего поста, перейдя в оппозицию. Впрочем, назвать его в полном смысле слова соратником Сергея Багапша мы не можем. Он был скорее его политическим попутчиком. В 2004 году эти два политика боролись друг против друга на президентских выборах. В итоге был создан «тандем» – в качестве компромисса и ради недопущения гражданского противостояния. Как только угроза противостояния была снята, а также по мере уменьшения прямой угрозы со стороны Тбилиси, становилось понятно, что союз Багапша и Хаджимбы – явление тактическое. В то же самое время такой «условный» характер участия Хаджимбы в президентской команде не позволил раскрыть весь возможный потенциал поста второго человека в республиканской табели о рангах. Начиная с февраля 2010 года Александр Анкваб будет пытаться заново определить роль и функции этого государственного поста. Нельзя исключать, что эта позиция станет для него «подготовительными курсами» для будущей президентской карьеры. Как бы то ни было, а премьер-министром абхазского правительства стал Сергей Шамба, долгие годы работавший министром иностранных дел. В республике без всякого преувеличения нет другого такого человека, кто бы прошел все круги переговорного процесса с Грузией, международными организациями, Россией, кто видел бы серьезную эволюцию внешнеполитического курса Москвы на Южном Кавказе, кто так хорошо представлял бы себе ресурсы абхазской диаспоры. В этом плане продвижение Шамбы – знаковый момент. Абхазия, которая в отличие от Южной Осетии стремится к более широкому международному признанию, получает главу правительства, многие годы занимавшегося решением именно этой задачи. В кабинете Шамбы пост вице-премьера получил Даур Тарба. Этот человек, как лидер правящей партии «Единая Абхазия», был одним из инициаторов выдвижения Багапша на второй срок. Председателем Службы безопасности республики вместо ушедшего в отставку Юрия Ашубы был назначен Аслан Бжания. Последний, хотя и начинал свою службу еще в рядках КГБ СССР (в 1991 году он окончил Высшие курсы «конторы»), сделал свою карьеру уже в постсоветский период. У него за плечами опыт ведения собственного бизнеса в России (а значит и связи с российским бизнесом) и обучения в Академии народного хозяйства при российском правительстве. В новом правительстве сохранили свои посты министр экономики Кристина Озган и министр обороны Мераб Кишмария. Именно с позицией министра экономики республики связывают недавнее решение абхазского лидера открыть абхазский рынок недвижимости для россиян (это мнение было озвучено Сергеем Багапшем в ходе его официального визита в Москву 16-18 февраля). Однако наряду с органами власти и управления абхазская оппозиция также перестраивает свои ряды. Рауль Хаджимба призвал оппозиционные силы страны консолидироваться, чтобы жестко влиять на действия властей. Основным его «коньком» стала инициатива Сергея Багапша по допуску россиян к абхазскому рынку жилья. «Претворение в жизнь этой нормы для России будет не очень заметным процессом, а вот для Абхазии станет серьезным испытанием и сведет на нет все усилия по сохранению государства и народа», – заявил он. Таким образом, Хаджимба пытается озвучить те мысли, которые будоражат умы абхазского населения. Заметим, что высказывает их не только Хаджимба. В ходе президентских выборов схожая риторика была освоена Бесланом Бутбой, экс-депутатом, влиятельным предпринимателем, лидером Партии экономического развития Абхазии (ЭРА). Суть их такова: богатые российские бизнесмены и политики скупят по дешевке абхазское жилье и установят в республике свои правила игры. Эту проблему бывший вице-президент пытается поднимать в характерной для Абхазии тональности «грузинской тревоги» (через Россию имущество могут скупить этнические грузины, проживающие в РФ). Но это тот самый случай, когда «одним концом по барину, другим по мужику». Вряд ли бывшие жители Абхазии грузинской национальности, выгодно устроившиеся в Сочи или Москве, в одночасье пожелают вернуться на родину. Российское же экономическое присутствие в Абхазии будет нарастать. Выбор в пользу России по определению предполагает усиление разнообразного российского влияния. Таким образом, у Хаджимбы (и его возможных соратников) появляется своя ниша. Это – постоянная постановка проблемы «цены вопроса» в дружбе с Россией, а также крайностей пророссийского курса (не отрицая его в целом) и умеренного протекционизма. В любом случае «фактор России» становится главным вопросом повестки дня второй президентской пятилетки Сергея Багапша. Значение Тбилиси уменьшается на фоне возрастания роли Москвы. И власть, и оппозиция будут искать свои рецепты оптимизации российско-абхазских отношений. Сергей Маркедонов , Новая Политика